Переулок Совнаркомовский - улица Ушинского
Собственно от переулка Совнаркомовского, как и от противоположной улицы (Ушинского), осталось по два дома. Поэтому лучше осматривать их одновременно, тем более, что они самым тесным образом связаны с одной благородной стороной деятельности местного самоуправления - попечением о народном образовании.
К началу XIX века треугольник нынешнего сквера им. 200-летия Симферополя обрамляли только три здания: одноэтажный дом, построенный в 1785-1786 гг. для племянника правителя Таврической области В.В.Каховского, секунд-майора русской армий Д. Е. Лесли, занимавшего пост областного прокурора (ныне дом 3 - на его месте), двухэтажный дом известного русского поэта-сатирика и важного чиновника Дмитрия Горчакова, сменившего Лесли в должности, и дом Ершова, о котором известно немного, хотя первоначально нынешняя ул. Ушинского, где и стояли дома Горчакова и Ершова, в народе называлась Ершовским переулком, и площадь в начале ул.Пушкина тоже. За одного из Ершовых (видимо сына первого застройщика) вышла замуж дочь губернатора С.С. Жегулина - Авдотья Семеновна, в доме которой любил бывать композитор А.Н.Серов.
Д.Е.Лесли - уже подполковник - уезжая на родную Смоленщину, подарил свой дом Приказу общественного призрения. В этом доме 10 июля 1793 г. и было открыто первое в Таврической губернии среднее учебное заведение - народное училище. Его ученики изучали Закон Божий (главный предмет), русский, немецкий и французский языки, арифметику, историю, географию, рисование. До 1797 г. оно называлось "Главное народное училище", в котором срок обучения составлял 4 года. Затем, с ликвидацией области, его преобразовали в двухклассное и назвали "Малое народное училище". Предметы в нем преподавались те же, только в урезанном виде.
Если вначале училище подчинялось Приказу общественного призрения, то с 1806 г. перешло в ведение Училищного комитета Харьковского университета. 11 июня того же года Таврический губернатор Б. Д. Мертваго в отношении на имя попечителя Харьковского учебного округа С.О. Потоцкого подчеркивал особую ценность училища "для татарскаго населения к делу приобщения к интересам Российскаго государства", поскольку "даже мурзы не имеют никаких знаний и многия из богатейших, грамоте не умеющия и даже языка русского не понимающия, не могут спопешествовать установлению порядка..., необходимо учить их, особенно детей мурз, вместе с дворянскими детьми".
С.О. Потоцкий почти немедленно ходатайствовал о том же перед министром П.В. Завадовским, добавляя, что "область, населенная разными народами и составляющая важную часть империи по многим отношениям, совершенно лишена таковых заведений, только для неё необходимых и по отдаленности к столице и по невежеству жителей оной... Устройства их нетерпеливо ждут чиновники и другия россияне, находящиеся в Симферополе и окрестностях онаго; греки, в немалом числе здесь поселившиеся... Что же касается до татар, то хоть мало надежды, чтобы они охотно и особенно вначале отдавали своих детей, но тем не менее нужно и для них положить основание сим училищем... Желал бы немедленно приступить к устроению в Симферополе уездного училища и нижних классов гимназии".
Из столицы последовало "добро". Училищный комитет принял решение преобразовать Симферопольское малое народное училище в уездное, определил выделяемую на него ежегодную сумму в 1250 рублей, направил в него смотрителя и учителей, и 19 мая 1809 г. уездное училище было открыто.
В программе обучения произошли перемены: иностранные языки отменялись, зато добавлялись естественная история (естествознание), физика и технология. Все это отражало экономические требования жизни. Выросло и число учащихся. Если в 1808 г. их было 53 мальчика и 3 девочки, то уже в следующем году - 75 мальчиков и 20 девочек. Первые чиновные лица обращали внимание на становление образования в городе и губернии, присутствовали на выпускных экзаменах, например, в 1810 г. Новороссийский генерал-губернатор дюк Е.О. де Ришелье и таврический губернатор А.М.Бороздин.
В этом же доме 2 сентября 1812 г. была открыта первая в Крыму Таврическая (позже Симферопольская) губернская мужская казенная гимназия. Правда, на другой же день ее пришлось прикрыть (до 13 декабря) из-за разразившейся эпидемии чумы. Но суть дела не меняется: было положено начало гимназическому образованию в губернии. Сохранилось два уникальных документа - рисунки учителей училища и гимназии, выполненные с натуры. На них тщательно вычерчены все комнаты как основного здания, где находилось 10 комнат, так и его двух флигелей.
Штатная сумма на содержание гимназии за 1812 г. составила 5. 800 рублей, а благотворительная - 455 руб. Последняя была получена путем пожертвований: от губернатора А.М.Бороздина - 100 руб., от тайного советника, бывшего губернатора С.С.Жегулина и ряда других лиц - по 50 руб., столько же от представителей дворянства, в том числе от его предводителя А.С. Таранова-Белозерова. Приходилось выделять из Приказа общественного призрения сверхштатную сумму, доходившую в 1823 г. до 940 руб. Плата с гимназистов в 15 руб. в год была для гимназии слабым подспорьем.
При открытии гимназии в ней насчитывалось 145 книг и 46 других учебных пособий. Благодаря пожертвованиям уже в 1833 г. в ней имелось 793 книги. Особенно щедрым при дарении книг был доктор Ф. К. Мильгаузен. Он же подарил и ряд наглядных пособий, особенно гидрометеорологического значения. (Сам он был основателем метеостанции и всю жизнь вел наблюдения за природой). Была у гимназии и коллекция минералов из 103 предметов, геометрические деревянные фигуры, железная цепь, астролябия и счеты.
Спустя 10 лет "из-за ветхости здания, угрожающего падением", гимназия и уездное училище перебрались из дома Лесли в дом Горчаковых, в котором как раз был закончен ремонт. Сохранилась переписка за 1810 год, в которой отмечается, что "куплен для будущей Симферопольской гимназии дом княгини Горчаковой за 300 рублей из сумм на улучшение городов". Дом выглядел так: "Дом каменный, одноэтажный, крытый черепицею, оштукатуренный, длиной 11, шириною 7 и вышиною 1 сажень и 2 с четвертью аршина, флигель, сад с 130 фруктовыми и 70 дикими деревьями, обнесены каменной стеной...". Дом же Лесли продолжал числиться за гимназией.
29 июля 1825 г. губернатор Д.В. Нарышкин (по ходатайству Дирекции училищ губернии) предписал губернскому землемеру отвести гимназии большой участок еще свободной земли (от реки Салгир и почти до Полицейской улицы). При этом он отмечал: "Преподаваемые в здании гимназии естественные науки не могут приносить существенной пользы без практического упражнения в оных. Познание растений тогда будет занимательным, когда учащиеся под руководством своего наставника будут сами упражняться в разведении оных, но для сего потребуется место, которого при дому, занимаемом гимназиею, недостает". Определялось и место: "между огородами протоиерея Молчанова и казенным вице-губернаторским домом". (Не протоиерею ли принадлежал дом 5 по Совнаркомовскому переулку - здание после капремонта в глубине двора - вопрос). Землемер отвел участок в ширину 26 и в длину 67 сажен (55 и 140 м), площадью 584 кв. сажени. Министр народного образования разрешил "выделить из экономической суммы 225 рублей на ограждение упомянутаго участка и 500 рублей на перевозку из Императорского Никитскаго сада 400 деревьев и кустов".
К 1845 г. указанные выше здания (дома Лесли и Горчаковой) пришли в ветхое состояние. Началась переписка об их сносе и перестройке.
Сохранился план части Симферополя за 1848 год, из которого явствует, что три строения, все еще принадлежавшие гимназии (по Совнаркомовскому пер. 3), и два здания уездного училища (торцом к нынешней ул. Ушинского, 4) предлагалось продать. Был составлен план и представлен царю, который 2 апреля 1848 г. по рекомендации Комитета министров "соизволил усадебное место с ветхими зданиями Симферопольской губернской гимназии, а также пустопорожнее место тамошнего уездного училища продать с публичных торгов и деньги, которые будут выручены через сию продажу, употребить на постройку нового здания для того же училища".
Вскоре одно из усадебных мест перешло купцу И.И.Черкесу, другое - действительному статскому советнику, видному археологу А.Я.Фабру.
(Первым документом, связанным с биографией крупного государственного деятеля, археолога и писателя Андрея Яковлевича Фабра, касающегося в данном случае его отца, является ордер Г.А.Потемкина правителю Таврической области В.В.Каховскому от 12 января 1787 г. о "назначении директором садов Таврической области жителя Екатеринославской губернии Фабера, которому относительно его должности быть под директором домоводства сей области, завися собою прямо от вас". 3 июля Каховский сообщил Потемкину, что "г. Фабри сюда прибыл".
В фонде Дворянского депутатского собрания нам удалось обнаружить послужной список А.Я.Фабра и другие его документы. Родился он 20 августа 1789 г. в деревне Суук-су (Лесное) Феодосийского уезда в дворянской семье. 25 мая 1804 г. поступил на службу в Таврическую казенную экспедицию канцеляристом, в конце года получил первый чин из 14-ти ступенек "Табели о рангах", став коллежским регистратором. 31 декабря 1810 года (практиковались поощрения к новому году) "за отличные труды и усердие в службе старшинством... пожалован губернским секретарем. В 1812-м тяжком году - активно боролся с чумой в губернии (отвечал за состояние зараженных деревень, был смотрителем чумного лазарета в Яндоле, был непременным членом Предохранительного комитета на Керченском полуострове). За такую ревностную службу "получил высокомонаршее благоволение", а 20 декабря 1813 г. "за отличное усердие к службе" произведен в коллежские секретари. К новому 1816 году получил чин титулярного советника, а в 1818 г., во время обозрения губернии царем, был "пожалован кавалером ордена св. Анны". В следующем году он уже чиновник особых поручений при Таврическом губернаторе, боровшийся со злоупотреблениями по службе. В том же году выдержал экзамены в Харьковском университете. В октябре 1825 г. по рекомендации генерал-губернатора Новороссийского края М.С.Воронцова назначен Таврическим губернским прокурором, а с 20 февраля 1833 г. правителем канцелярии Новороссийского и Бессарабского генерал-губернатора.
24 января 1847 г. А.Я.Фабр был назначен гражданским губернатором Екатеринославской губернии, проработав на этом посту до 15 ноября 1857 г. Последние годы А.Я.Фабр состоял членом Таврического по крестьянским делам присутствия, многих ученых обществ и, между прочим, членом - основателем Одесского общества истории и древностей. Написал ряд трудов по археологии Крыма, в частности "Достопамятнейшие древности Крыма и соединенные с ними воспоминания " (Одесса, 1859), "Древнейшией быт Эйоны, нынешнего полуострова Тамани" (Одесса, 1861), "Аррианов перипл понта Эвксинского", "О древних нагорных укреплениях в Крыму", "О памятниках некоторых народов варварских, древле обитавших в нынешнем Новороссийском крае". Умер А.Я.Фабр в Симферополе 25 января 1863 г.
На месте приобретенного А.Я.Фабром с торгов бывшего дома Лесли был построен новый дом, по нынешнему Совнаркомовскому переулку, 3. Как и завещал Андрей Яковлевич, дом был превращен в приют для мальчиков-сирот и полу сирот, где они получали общее и специальное техническое образование. При приюте была открыта ремесленная школа, готовившая кузнецов, слесарей и других специалистов, главным образом для изготовления колесных экипажей и карет. Училось в ней 18 учеников. Фабровскому приюту принадлежало более 8 тыс. десятин земли в Крыму и около 300 тыс. рублей - пожертвования самого Фабра и других лиц.
Вот почему переулок и получил первоначально имя переулок Фабра (в 1904 г.). 30 мая 1924 г. он был переименован в Совнаркомовский, так как его главное здание - бывшую гостиницу "Европейскую" - занимали тогда учреждения с более "благозвучными" названиями - Совнарком и наркоматы Крымской АССР).
Мужская казенная гимназия, купившая еще в 1841 г. для себя дом Ф.Д.Ревелиоти на Полицейской улице (К. Маркса, 32), на следующий год перешла туда и действовала на новом месте до 1920 года. По предложению директора гимназии Е.Л.Маркова (со временем известного писателя, автора "Очерков Крыма") в гимназическом пансионе 8 августа 1865 г. начала готовить девиц к поступлению в среднее учебное заведение частная школа, почти сразу же преобразованная в Симферопольское женское училище - второго, а 14 ноября - первого разряда. Преподавали в нем учителя мужской гимназии. Учениц насчитывалось по сообщению директора училищ губернии В.Даля - 73. Плата за обучение была невелика и доступна любому сословию. Училище давало образование, почти равное гимназическому. При училище существовал приготовительный класс, основанный на методе наглядного обучения. Обучение велось по всем предметам общего образования, двум новым языкам, рукоделию, башмачному ремеслу, музыке и танцам. Однако это привело к финансовым затруднениям.
13 октября 1871 г. директор училищ Таврической губернии жаловался на это в отношении на имя губернатора и просил помощи - 2 тысячи рублей из городских доходов, сообщая, что "учениц в училище 144". Было принято решение - переименовать (поскольку училище по существу преподаваемых предметов не отличалось от гимназического курса) училище в казенную женскую гимназию и перевести ее в новый дом, построенный купцом И.И.Черкесом на месте домов Горчакова и Ершова, который дошел до нас почти без изменений (Ушинского, 4).
Со временем здание стало тесным. В 1876 г. над вторым его этажом был построен еще один, скоро снесенный по требованию родителей учениц, боявшихся, что "эта громадина" рухнет (дом был единственным из "высотных" в городе). В 1879 г. в гимназии открыли 8-й класс (педагогический). Принимали детей в гимназию по усмотрению родителей с 9 до 12 лет. Плата за обучение составляла в первых семи классах - от 50 до 75 рублей, а за 8 класс - 85 рублей. Иначе говоря, образование было сравнительно доступным. К тому же при гимназиях существовали Попечительные советы, которые оказывали всемерную помощь способным, но материально не обеспеченным ученицам. В связи с ростом численности гимназисток (600 человек в 1898г.) Попечительский совет купил обширное дворовое место на Садовой улице (ныне ул. Жуковского, 11) - угол ул. Дворянской (Горького, 18). В 1901-1905 гг. здесь для женской казенной гимназии было возведено новое здание, в котором гимназия и проработала до конца 1920 г.
Старое здание гимназии заняло "Училище для девиц благородного происхождения", на базе которого в 1898 г. было образовано частное училище 2-го разряда Е.И.Оливер. В 1904 г. оно получило статус гимназии. Курс обучения в ней равнялся 7 годам основным, кроме того дополнительный - 8-й год был педагогическим (давал звание домашней учительницы). Плата в ней была несколько выше, чем в казенной гимназии - от 60 до 100 рублей в год.
Интересны некоторые данные о кадровом составе гимназии Оливер за 1916 год. Ее начальница Екатерина Ивановна Оливер окончила в 1883 г. Симферопольскую казенную женскую гимназию. Полный список учителей свидетельствует, что большинство из них учились либо в Петербурге (Павловский институт, Александровская женская гимназия, университет), либо в других крупных городах (Москва, Казань...). Учитель немецкого языка Л .Э. Бернардели окончил Варшавский учительский институт, учитель физики и математики Х. А. Монастырлы - физмат Петербургского университета, учительница рисования О.С.Попова - Московское училище живописи, ваяния и зодчества...
Обязательными предметами в гимназии были - Закон Божий, русский язык, словесность, история, география, математика, физика, космография, естествознание, гигиена, педагогика, рукоделие. К необязательным относились языки (французский, немецкий, латинский), пение, музыка, рисование и танцы. Однако они посещались охотно, так как все понимали их значение во всестороннем развитии личности.
В 1911 г. в трех женских гимназиях города (одной казенной и двух частных - Е.И.Оливер и В. А. Станишевской) училось 1315 гимназисток, в том числе в гимназии Оливер - 311 человек.
В 1904 г. переулок, где не раз размещались гимназии, получил название Гимназический. В 1924 г. он уже носил название Почтовый. Дело в том, что несколькими десятилетиями ранее московский купец первой гильдии Абрам Яковлевич Иофе, имевший в районе Александро-Невской и Долгоруковской улиц "почтово-дилижансное сообщение", построил на вырученные от его содержания деньги тут два дома, один из которых сдал под главпочту, где также (со стороны переулка Фабра) находились телефонная станция и телеграф (см. 2-ую стр. обложки). Телефонная станция, открытая в 1893 г., уже через 6 лет насчитывала 156 абонентов, а в 1911 г. - 274. Так вот, главпочтамт продолжил свою работу и при Советах, а что касается гимназии Оливер и купца Иофе, то им повезло меньше, что и обусловило переименование улицы. В годы Великой Отечественной войны здание сильно пострадало, и поэтому для главпочтамта было отведено новое здание на улице Карла Маркса.
С послевоенного времени улица носит имя великого русского педагога Константина Дмитриевича Ушинского (1824-1870). Приехав в 1870 г. в Симферополь, К.Д.Ушинский побывал в нескольких учебных заведениях, в том числе женском училище. "Дружественный тон, которым автор "Родного слова" говорил с учителями, - вспоминал учитель Симферопольской казенной мужской гимназии И.П.Деркачев, - мягкость обращения и простота быстро привлекали к нему всех. Он смотрел на каждого учителя, как на равного себе товарища, и скромно, терпеливо, с непритворным уважением слушал всякое замечание и возражение".
Деркачев вспоминал, что К.Д.Ушинский охотно встречался и с учителями, и с учащимися. Он был на экзамене в приготовительном классе в женском училище, "проэкзаменовал всех учениц, поступивших в первый класс. Учительницу поразило, с каким искусством великий педагог опрашивал детей. Он ставил вопросы просто, ясно и в то же время так, что по ответам можно было легко понять, насколько подготовлена и развита та или иная ученица".
При казенной мужской гимназии был "образцовый класс по способу наглядного обучения". Будучи одним из основателей этого способа, К.Д.Ушинский заинтересовался работой класса, присутствовал на уроках, которые проводил И.П.Деркачев.
В здании казенной мужской гимназии на Полицейской улице (К.Маркса, 32) состоялся II съезд учителей Таврической губернии, и К.Д.Ушинский принял участие в его работе.
Остается добавить, что к 200-летнему юбилею Симферополя весь этот участок земли был преобразован. А еще раньше, после войны, снесены здания гостиницы "Европейская" и главпочтамта, в 1968 г. установлен памятник П.Е. Дыбенко.
к началу страницы

Улица Розы Люксембург (бывшая Александро-Невская)
Eе первое название - Александровская. Называлась она так в народе до первой росписи улиц (1839 г.) и связывалось это с ретраншементом А.В. Суворова, вдоль которого она и шла. После того, как был построен Александро -Невский собор, ее название утвердили в процессе росписи, как Александро-Невская.
В начале улицы, где ныне троллейбусная остановка, долгие годы, начиная с 1858 г., существовала биржа легковых извозчиков, которые на фаэтонах развозили "чистую" публику по городу. Место было идеальным, поскольку "всякий мог видеть и требовать его к услугам" с четырех улиц. В народной топонимике эта площадь именовалась Ершовской.
Но еще раньше, в конце XVIII в., участок земли здесь получил предводитель таврического дворянства грек Евстафий Иванович Нотара (1750-1809). Поскольку у Нотары и его детей было еще несколько участков земли с домами как в самом городе, так и в районе Малого Салгира, то, когда возникла идея о постройке в бывшем ретраншементе А.В.Суворова главного храма Таврической губернии - Александро-Невского собора, Нотара предложил для этого часть своей земли.
В 1804 г. губернатор Д.Б.Мертваго поставил вопрос о соборе перед министерством внутренних дел России. Столичный архитектор А.И.Русско составил план и исчислил смету. На представлении губернатора царь Александр I написал резолюцию "Быть по сему". Начался сбор средств среди народа на собор, были объявлены торги среди подрядчиков на его постройку. В 1810 г. место под постройку было освящено и дело пошло на лад.
Но тут грянула Отечественная война 1812 г. Денег, собранных среди народа, не хватало, а государству стало не до того. К тому же мастера проявили недобросовестность, материалы стали расхищаться. А тут еще ураганным ветром снесло кровлю, потоки воды заливали здание, фундамент и стены дали трещины.
На бывшего губернатора, к тому времени сенатора А.М.Бороздина, от его недоброжелателей посыпались жалобы, обвинявшие его в расхищении средств на строительство собора. Пришлось посылать на место следственную комиссию во главе с херсонским военным губернатором графом Ланжероном. Из Полтавы на осмотр церкви приехал губернский архитектор. Он подтвердил вывод о том, что собор придется разобрать. Дело рассматривал Сенат, и процесс тянулся 2 года. 29 декабря 1819 г. в указе Александра I отмечалось, что обвинения против бывшего губернатора не обоснованы и предлагалось "наложенное на имение А.М.Бороздина запрещение снять, дело зачислить решенным".
Собор к 1821 г. разобрали. На строительство нового храма был командирован из столицы опытный архитектор, титулярный советник Иван Федорович Колодин. По его предложению и плану для собора было избрано место на первой городской площади (ныне сквер Победы). Первый кирпич в новое здание 12 марта 1823 г. (в день освящения места) был заложен Таврическим губернатором Николаем Ивановичем Перовским, а спустя 6 лет, 3 июля 1829 г. при многочисленном стечении народа храм был освящен и открыт.
9 лет спустя вокруг собора начали разбивку сквера. Закончили благоустройство территории уже при губернаторе Петре Михайловиче Лазареве, сыне прославленного адмирала Черноморского флота. Об этом сохранился интересный документ -постановление городской думы от 11 октября 1893 г. Заслушав городского голову В.П.Меркулова о предложении "господина Председателя комитета по устройству ограды вокруг Симферопольского Александро-Невского кафедрального Собора" и по его проекту, дума решила сделать ее "с устройством по углам ограды легких подвижных киосков, из которых один служил бы помещением для сторожа, а другие три сдавались бы в аренду под продажу прохладительных напитков, фрукт, газет и т.п.". 5 марта 1894 г. выделено 1000 рублей для устройства ограды.
Главный христианский храм Таврической губернии просуществовал около ста лет. С ним были связаны все важнейшие события общественно-политической жизни не только города, но и губернии. Был он величествен и красив: голубые купола, позолоченные кресты, малиновый звон колоколов, прохлада сада... Большевики взорвали храм в ночь на 27 сентября 1930 г., ибо религия была признана "опиумом для народа".
Напротив собора, в квартале современных улиц Серова - К.Маркса - Пушкина - Р.Люксембург, в 1829-1846 гг. постепенно строился Гостиный двор. Место на углу было отдано под лавки купца первой гильдии Самойло Вульфовича Розенштейна, проживавшего на Госпитальной (нынешней ул.Курчатова). Вначале он построил одноэтажную лавку, открывшую особенно бойкую торговлю после Крымской войны. В 1871 г. С.В. Розенштейн и один из его сыновей Моисей (Макс) Самойлович, выбившийся уже в купцы 2-й гильдии, были избраны в гласные городской думы. Вскоре, как часть Гостиного двора, у Розенштейна-отца появилась и вторая лавка, в которой предприимчивый сын в 1884 г. основал первую в Крыму меняльную контору "М.С. Розенштейн и К°". Дело было доходным. А тут открыл свои операции Азовско-Донской банк, имевший 50 миллионов рублей основного и более 41 миллиона рублей резервного капитала. Банку требовалось помещение под Симферопольский филиал. И способный меняла предложил переделать свою вторую лавку под него. К 1891 г. угловая часть лавки была перестроена под такой филиал, который дошел до нас без особых изменений. Так к концу века в городе появился дом 4 - образец "банковской архитектуры", выделявшийся богатой лепкой. Бережливые банкиры не скупились на внешний лоск - выражение богатства и платежеспособности. Особенно эффектно внутреннее убранство операционного зала. В разные периоды здесь находились Крымское отделение Российского торгово-промышленного банка, Совнархоз, институт физических методов лечения, "нервная клиника", облфинотдел. Ныне здесь работает министерство финансов Автономной Республики Крым.
Дом 8 был построен в самом конце XIX в. доктором С.М.Левиным, имевшим при доме с выходом на Долгоруковскую (К. Либкнехта) улицу широко известную водолечебницу. "В Симферополе существует хорошо поставленное гидропатическое заведение и лечебница доктора Левина, в которой применяются разнообразные способы водолечения. Заведение помещается в центральной части города, рядом с гостиницей "Бристоль". В лечебницу принимаются всякие больные (кроме заразных и душевно больных)...". Так рекламировалась эта лечебница в путеводителе по Крыму Григория Москвича за 1910 г.
Номера 5, 7, 9 занимал Таврический архиерейский дом, располагавшийся на месте суворовского ретраншемента. Это был монастырский комплекс помещений, состоявший из жилого дома для архиерея, домовой церкви во имя 4-х святителей московских - Петра, Алексея, Ионы и Филиппа, 5 келий, 2 бань, кухни, столовой, ледника и др. построек. Полутораэтажный жилой дом для архиерея со всеми службами был куплен готовым. Кому он принадлежал и когда построен, пока выяснить не удалось (скорее всего Е.И.Нотаре или одному из его сыновей). Во всяком случае, когда в 1838 г. решался вопрос об усадьбе и новом доме Рудзевичей, то здесь указывалось место старшего сына Нотары Степана. Церковь же была построена в 1861 г. Архиерейский дом потерял монастырский статус в 20-х годах прошлого века и занимался властями города под разные учреждения. Во время войны его корпуса пострадали и были снесены. На их месте сейчас располагаются главпочтамт и гостиница "Украина" (1955-1959 гг.).
Следующий за гостиницей квартал (улицы Жуковского - Р.Люксембург - Суворовский спуск - река Салгир) застроен со всех сторон и плохо просматривается. Но если зайти во дворы домов 11а по Р.Люксембург или со стороны ул. Набережной, то будут видны и извилистая линия холма, на взлобке которого стояли солдаты В.М.Долгорукова и А.В.Суворова, и старые постройки, и даже остатки фундаментов первых строений.
Читая и перечитывая работы первого биографа Симферополя А.И.Маркевича, мы обратили внимание на упомянутую в связи с Н.И.Пироговым фамилию - Рудзевич. Дальнейший поиск дал интереснейшие сведения.
Основатель династии Якуб (Яков) Измаилович Рудзевич являлся одним из главных деятелей из крымских татар, стоявшим за присоединение Крыма к России. Он состоял при канцелярии графа П.А.Румянцева для переговоров с начальниками татарских улусов. 11 июня в его карасубазарском доме было открыто Таврическое областное правление, в которое он вошел наравне с русскими чиновниками и рядом татарских мурз.
В 1785 г. областное присутствие было переведено в специально построенные в Симферополе помещения (ул. Желябова, 1, 3). Рудзевич перебрался сюда и получил большой участок земли вблизи присутственных мест (от д. 11 до д. 13 по нынешней ул. Р. Люксембург). После его смерти наследники - сын, внуки и правнуки с женами построили здесь несколько зданий (номера 11, 11 а и 11 б). Когда именно построено их первое здание - найти не удалось. Но вот что интересно - 5 мая 1838 г. городская дума выдала удостоверение "кавалерственной даме Марфе Евстафьевне Рудзевичевой (жене А.Я. Рудзевича, урожденной дочери Е. И. Нотары) на отдаваемое пустопорожнее место... с тем, чтобы оное место застроено было... каменным домом в течение двух лет...". Указано и место - "рядом с домом Степана Нотары" (брата), "в 22 саженях от губернских присутственных мест" (что соответствует дому 11а).
Судьбы потомков Якубы настолько интересны, что без них беднеет история города. Во-первых, всех четырех детей назвали по предложениям Ектерины П. Александр Яковлевич (1776-1829) отличился на военной службе. Константин, капитан артиллерии, застрелился от неразделенной любви. Дочь Екатерина вышла замуж за крупного столичного чиновника Лодыженского. Дочь Елизавета вышла замуж за капитана А. Шостака, ставшего в Крыму вице-губернатором. Обе дочери до замужества были фрейлинами при Дворе императрицы.
Александр Яковлевич по обычаю детей дворянства начал службу в армии с 10-летнего возраста - сержантом лейб-гвардии Преображенского полка. В возрасте 16 лет стал капитаном, был направлен ("выпущен из полка", как тогда писали) в Генеральный штаб, где отличился и в 1794 г. произведен в секунд-майоры, причислен в Свиту Его Императорского Величества по квартирмейстерской части. Участвовал в боевых операциях в Польше и против французов, был ранен в руку. За отличия в сражениях не раз награждался и поощрялся. В 1811 г. он произведен в генерал-майоры, в 1813 г. - в генерал-лейтенанты, в 1826 г. "за отличия по службе" произведен в генералы от инфантерии.
Список наград А.Я.Рудзевича впечатляющ: высший орден св. Александра Невского, да еще с алмазами (давался за исключительные заслуги самому высшему офицерскому составу), св. Георгия 2-й степени, св. Владимира 2 ст., св. Анны 1 и 2 ст. с алмазами, Золотая Шпага, усыпанная алмазами, серебряная медаль "В память 1812 года", высшие иностранные ордена Пруссии и Швеции.
Его старший сын Николай воспитывался в школе гвардейских подпрапорщиков. Службу начал в 1825 г. подпрапорщиком Измайловского полка. Участвовал в войне с Турцией, сражался в Болгарии, где проявил мужество и был награжден орденом св. Анны 3-ей степени с бантом (1828 г.). В следующем году он уже адъютант генерал-фельдмаршала Дибича, через год у Паскевича. В 1832 г. он штабс-капитан, в 1839 - капитан, в 1843 -подполковник, в 1855 - генерал-майор, в 1860 - генерал-лейтенант. Являлся кавалером 15 орденов.
Младший, Александр Александрович, тоже пошел по военной линии. Участвовал в августе 1831 г. "впереди атакующих Варшавские укрепления, где был тяжело ранен и контужен", долго болел и был уволен из армии в 1842 году "в чине подполковника с мундиром".
Позже, в 1874 г., Н.А.Рудзевич подал прошение "на две пристройки к существующему его дому на Александро-Невской улице в 1-й части города", - отмечалось в решении городской управы. Прошение было удовлетворено. Вскоре и появился дом 11. В 1908 г. здесь, как указывается в "Справочной книге по г. Симферополю на 1911 г.", было открыто коммерческое училище Симферопольского купеческого общества. Курс обучения -7 лет: 7 классов основных и 1 приготовительный, принимали детей с 10-13 лет (по усмотрению родителей).
С конца 1995 г. дом капитально ремонтировали. Здание, особенно актовый зал, производят и сейчас сильное впечатление. Ныне его занимает Симферопольский городской технический узел "Гортелеком" - телефонная станция. В доме 11-а работает республиканский научно-методический центр народного творчества. А в остатках старого дома (11 б) - штаб гражданской обороны центрального района г. Симферополя.
В 1909 г. возник вопрос о прокладке новой Архивной улицы. И вновь появилась из небытия фамилия Рудзевичей. Составлен был план их усадьбы, занимавшей чуть ли не весь квартал (от нынешних гостиницы "Украина" до колледжа железнодорожного транспорта, исключая здание архива - бывший флигель присутственных мест (д. 13). В 1910 г. городская управа отмечала, что "путем взаимных прирезков и отрезков из соседних владений... выделена полоса ... общей площадью в 447,5 кв. саж. для проложения новой Архивной улицы". Из них 319, 8 кв. сажени передали в дар городу Рудзевичи.
Первый государственный архив Таврической губернии был открыт в здании (Р.Люксембург, 13), которое было построено еще в 1784-1787 гг. В документах за 1829 г. говорится, что это "каменный флигель об одном этаже, оставшийся от разломанного главного дому, где помещались прежде присутственные места, покрытый черепицею", что в нем помещались архив палаты уголовного суда, а в другой части - "мастерския Таврического гарнизонного батальона".
В начале 30-х годов старое здание было снесено, а на его месте первым видным градостроителем Симферополя И.Ф.Колодиным сооружено новое, двухэтажное, вступившее в строй в мае 1832 г. В последующие годы был увеличен его штат и документы свезены из всех присутствий. Улица, идущая к Салгиру, получила название Архивной. Когда прокладывали проход к реке (1910-1912гг.), появился и Архивный (ныне Суворовский) спуск. Во время Крымской войны архивы, по указанию губернатора В. И. Пестеля (брата казненного декабриста), вывозились за пределы города на 1000 подводах, но почти сразу, как только выяснилось, что Симферополю не угрожает захват противником, были возвращены обратно. Неоценимую роль в сохранении и первичной обработке архивных материалов сыграла Таврическая ученая архивная комиссия и особенно ее основатели А.Х.Стевен, И.И.Казас, А.И.Маркевич. Они просмотрели более 150 тысяч дел и отобрали около 10 тысяч для передачи в губернский архив на постоянное хранение. (Архивы пудами продавались на базаре обойщикам, в 1883 г., например, при слиянии Таврического управления государственных имуществ с таким же Екатеринославским было незаконно продано, без просмотра, до 300 пудов дел).
В 1919 г. по постановлению наркомпроса Крымской Советской Социалистической Республики здесь был создан Крымцентрархив на базе старого архива. Его до 1921 г. возглавлял профессор Крымского университета, будущий выдающийся ученый академик Б.Д.Греков.
В годы Великой Отечественной войны немцы похозяйничали в архиве, изъяв все документы, связанные с землевладением в Крыму немцев-колонистов, уничтожив ряд ценных документов советского периода. К тому же часть их, вывозившаяся на Большую землю, попала под бомбежку в Керчи и сгорела. В 1945 г. вновь образованный Крымский областной государственный архив был переведен в здание бывшей семинарской церкви на улице Гоголя, 16,а в 1974г. - в специально построенное здание на улице Кечкеметской, 3.
Дом 10 состоит из двух корпусов. Принадлежал он купцу и предпринимателю, одному из электроосветителей города И.И.Черкесу. В первом корпусе одно время находился детский приют графини Адлерберг, открытый в 1854 г., позже переведенный в дом Раевских (Пушкина, 20).
Особый интерес представляет комплекс зданий, введенных в строй в 1787 г. Эти дома по ул.Р.Люксембург, 12, 14, 15 и 17 - первые в городе. Они были заложены в 1784 г. Дом 15 - как путевой дворец для Екатерины II, остальные - как флигели к нему. Приготовления к путешествию императрицы в полуденный край начались еще весной 1784 г., когда был разработан маршрут путешествия и начался сбор данных о его объектах. В распоряжение командующего русской армией в Крыму генерал - поручика барона О. А. Игельстрома было выделено 23 тысячи рублей для строительства дворцов. Со 2-ой половины года этим ведали его преемник М.В.Каховский и правитель Таврической области В.В.Каховский (братья, земляки Г.А.Потемкина). Деньги отпускались из соляной экспедиции и феодосийского монетного двора. При этом 30 сентября Потемкин торопил братьев Каховских "0 поспешном в Таврической области строении дворцов по пути для Высочайшего Ея Императорского Величества шествия". Через 3 дня императрица подписала новое расписание движения, в котором в Симферополе предусматривались "обед, ночлег и обед". И хотя ордером от 7 октября Потемкин уточнял, что в Симферополе "только обед", с постройкой зданий спешили.
Путевой дворец, заложенный 21 октября 1784 г., достраивался и отделывался до 1787 г., так как путешествие из-за холеры в ряде губерний откладывалось. Другие здания, в том числе и на нынешней ул. Желябова, 1-5, в 1785 г. были заняты под "присудственные" (как тогда произносили и писали это слово, кстати, более правильно) учреждения. До этого они находились в Карасубазаре и Бахчисарае.
Представить, как выглядело это здание, дает возможность сохранившаяся в крымском архиве "выписка о казенных строениях, принадлежащих казенному ведомству и состоящих в городе Симферополе", составленная губернским архитектором И. Колодиным в 1818 году. В документе говорится, что это был большой дом, построенный из бутового камня на глине и крытый черепицей. Здание имело 20 комнат и трое сеней. При нем были пристроены кухня со службами, отдельно - флигели.
В мае 1787 г. жители Крыма встречали невиданный по роскоши кортеж. Всероссийская императрица Екатерина Великая в сопровождении блестящей свиты, императора австрийского Иосифа 11 и послов ряда европейских стран совершала свое "шествие" в полуденный край. Выехав из Санкт-Петербурга в конце зимы почти на 200 санях, путешественники через Лугу - Великие Луки - Смоленск - Новгород Северский - Чернигов доехали до Киева, прожили здесь почти 3 месяца и по открывшемуся ото льда Днепру спустились на роскошно убранных галерах до порогов. Отсюда - в каретах к Каменному Мосту - Перекопу - Бахчисараю - Инкерману - Севастополю - Бахчисараю - Симферополю - Карасубазару - Судаку - Старому Крыму - Феодосии и через Арабатскую стрелку - Геничи - Мариуполь - Таганрог - Черкасск - Лугань -Харьков - Белгород - Курск - Орел - Тулу - Москву - Клин -Новгород вернулись в столицу.
Французский посол граф Л.Ф. Сегюр, участвовавший в этом вояже, отмечал в специально по этому поводу вышедшей в Париже книге (1803) , что "богатство степного края, быстрое развитие городов, изобилие военных запасов и снарядов, отличное устройство войска, значение военных портов, прелесть южной природы в Крыму, заботливость князя при управлении всем краем, - все это должно было поразить Екатерину, обезоружить недоброжелателей князя и в то же время привести в удивление Европу. На западе должны были узнать, какими источниками богатства и могущества располагает Россия. Путешествие это из контроля над действиями Потемкина должно было превратиться в торжество его, Екатерины и вообще России в глазах Европы, в демонстрацию перед Оттоманской Портой и ее союзниками, оно должно было внушить страх недоброжелателям России..."
Симферополь встречал императрицу и ее свиту 26 мая. Войска, чиновники, купечество и жители выстроились далеко за городом, сияя наградами и новенькими мундирами. Путешественники, выехавшие из Бахчисарая в 9 утра, прибыли в Симферополь "в первом часу дня". Выделенные "для гостеприимства" поручик правителя области К.И.Таблиц и прокурор А. С. Таранов-Белозеров поднесли хлеб-соль. Гремела музыка полкового, оркестра... Кортеж направился к первому христианскому храму равноапостольных святых Константина и Елены, устроенному в купленном у татарина полковником Б.Тищевым и приспособленному для этой цели домику (ул.Октябрьская, 8). В церкви Екатерина коротко, но истово помолилась, оставила щедрые пожертвования. Выразила недовольство малым размером церкви и пожелала, чтобы в столице Крыма был построен храм, более достойный края.
Затем кортеж направился в путевой дворец. Здесь ее встретили прискакавшие вперед Потемкин, гофмаршал Барятинский, правитель области Каховский, чиновники высшего ранга, офицеры пехотного Севского полка, дамы чиновников. Был дан обед, как обычно роскошный, на котором, кроме Екатерины и Иосифа, присутствовало 47 человек. После него императрица посадила в саду за зданием три шелковицы, и кортеж двинулся в Карасубазар. Его сопровождали чиновники области и военные. Здесь 14 из них были представлены к наградам за успехи в развитии края.
После отъезда императрицы ее путевой дворец был занят под канцелярию и жилье правителей области (вначале В.Каховского, затем С. Жегулина). Первый хоть и имел за городом свой дом, но, занятый службой, проводил почти все свое время здесь. Когда при Павле I на несколько лет была ликвидирована Таврическая область, здесь размещались офицерские казармы и госпиталь. Но уже с 1802 г., когда была образована Таврическая губерния, в этом угловом здании находились почти все главные административные учреждения губернии, в том числе канцелярия Таврического губернатора, высшего представителя местной власти. Здесь вершились судьбы всех, кто был подвластен "его превосходительству": назначались или утверждались должностные лица, выслушивались и составлялись отчеты о состоянии дел в уездах и городах губернии и т.д. (До переезда в 1805 г. в казенный дом по нынешней ул. Ленина, 15, здесь еще пожили губернаторы Г.Милорадович и Д.Мертваго).
В 1822 году губернский архитектор И.Колодин составил план и смету на перестройку путевого дворца с тем, чтобы новое здание было двухэтажным. Оно создавалось на старом фундаменте, да и разобран путевой дворец был только до оконных подушек, ибо в нем был крепкий камень с Неаполя скифского и ханского дворца из Ашламы (близ Бахчисарая).
В 1823-1826 гг. здание строили русские и украинские крестьяне из сел Курской, Калужской, Орловской, Санкт-Петербургской губерний и Днепровского уезда Таврической губернии. Материалы поставлял перекопский купец третьей гильдии В.Шубников. Дом получился высокий, просторный, крытый черепицей. При нем - одноэтажные флигели, навесной сарай и другие строения, окруженные каменными стенами с тремя воротами. Строительная комиссия отмечала основательность работы в новом здании: "Внутреннее расположение каждого присутственного места гораздо приличнее и выгоднее размещено, и сообщения между ними сделаны удобные".
Во дворе дома, в одном из флигелей, в 1830 г. была открыта первая в губернии типография. В этой типографии печаталась первая крымская газета - "Таврические губернские ведомости".
В годы борьбы белых и красных здание на Александро-Невской, 15 использовалось для различных центральных учреждений. В 1918 г. здесь работал Совнарком республики Тавриды, во главе которого стоял Н.Г. Слуцкий, о чем говорит мемориальная доска на фронтоне здания. Работали здесь и органы власти крымских краевых правительств (1918-1919 гг.). После войны над зданием надстроен третий этаж и переделан фронтон. Ныне его занимает колледж железнодорожного транспорта.
Бывшие флигели дворца (дома 12, 14) используются под жилье. На месте одного из флигелей построен дом 16. Во дворе его в середине XIX в. одно время находилась пожарная команда с обозом лошадей.
Постепенно улица становилась вполне "настоящей". С 1807 г. при въезде в город, тогда еще в чистом поле, возник комплекс "богоугодных заведений" - губернская земская больница (д. 27) и другие общественные дома. В 1854-1856 гг. в одном из них - главном корпусе губернской больницы - располагался госпиталь, где лечились раненые защитники Севастополя. Здесь работали великий русский хирург Н.И.Пирогов, выдающийся терапевт С.П.Боткин и первые сестры милосердия, о чем сообщает мемориальная доска. Здесь же училась и работала в 1877 г. известная террористка С.Л.Перовская.
Губернская больница имела 3 отделения: психиатрическое, хирургическое и сиротское. В сиротское отделение стали вначале принимать детей приютской прислуги, детей ссыльных и беднейших родителей. Уже через год в отделении было 182 ребенка, а в 1870 г. отделение было преобразовано в приют.
В связи с реформами 60-х годов XIX в. здания больницы перешли из подчинения Приказа общественного призрения в ведение губернской земской управы. В 1882 г. для приюта по решению губернской земской управы был выстроен специальный дом - двухэтажное здание, общий вид которого дошел до нас без изменений (Р.Люксембург, 27). На фронтоне здания сохранился горельеф, изображающий женщину с двумя детьми - один у груди, другой у ее ног.
"Справочная книга по Симферополю на 1911 г." свидетельствует: "Брошенные и подкинутые дети через полицию отдаются в сиротское отделение Богоугодных заведений Таврического земства. Вскормив в отделении, большая их часть отдается в деревни под наблюдение фельдшериц, по достижении школьного возраста дети обучаются в школе сиротского отделения или в сельских школах". В отчете за 1908 г. указывалось, что под наблюдением на стороне находилось 2075 детей, за год прибыло 901, а всего - 2976 человек, за год умерло 640, возвращено родителям - 62, на усыновление отдано - 35, в ремесло и услужение - 65 детей.
Ряд лет приютом руководила София Андриановна Арендт (урожденная Сонцева), жена врача Николая Андреевича Арендта, одного из основателей учения планеризма. О причинах, по которым подкидывали детей, говорит "Вестник Таврического губернского земства" за 1903 г.: "Детей подкидывают потому, что дома кормить этих детей нечем, потому, что и рабочие члены семьи живут впроголодь, потому, что большинство рабочего населения обречено трудиться всю свою жизнь, не покладая рук, только для того, чтобы не умереть с голода..." В таких условиях мало чем могла помочь и Антонина Станиславовна Высочинская - первая в Крыму женщина-врач, приглашенная в 1885 г. на работу в приют.
к началу страницы

Улица Карла Маркса
Улица переименовывалась чаще других. И не случайно: через нее осуществлялась связь Крыма с материком. Первоначально она называлась просто - "Дорога на Перекоп", или "Большая Перекопская дорога" (по ее направлению). Так она называлась не только в обиходе, но и на планах частей города, скажем, за 1804 г. Иногда ее называли Московской улицей, хотя еще в 1829 г. один из симферопольцев свидетельствовал, что все пространство (в районе нынешних улиц К.Маркса и К.Либкнехта) представляло собой выгон для скота; было лишь несколько домов на углах обозначившихся улиц. Далее, к нынешнему железнодорожному вокзалу, шла топкая низменная равнина, где плавали дикие утки. И даже в 1843 г. городская дума в отношении губернскому правлению вынуждена была констатировать, что "со стороны Московской улицы купец Крюков построил на каждом углу по две лавки. Остальная часть тоже пустая".
В 1839 г., когда были утверждены первые названия улиц, эта была названа Полицейской (по главному ее зданию - Дому полиции, построенному в 1808-1810 гг.). 27 сентября 1890 г. городская дума постановила "в ознаменование предстоящего открытия в городе памятника Екатерине II переименовать улицу Полицейскую, назвать ее Екатерининскою".
Но постепенно улица застраивалась и становилась центральной. А поскольку торг всегда тяготел к наиболее оживленным местам, то здесь появилась целая система лавочек и магазинов. Не случайно член Российской Академии наук Анатолий Николаевич Демидов, путешествовавший по Крыму в 1837 г., отмечал, что "в этом же городе целая улица предоставлена евреям, улица широкая, с обоих сторон, из конца в конец, окаймленная лавками. Здесь находятся всякого рода инструменты, орудия, посуда, металлы, ткани, необходимые для европейского потребителя; здесь же менялы, это бессмертное поколение фарисеев, выставляет груды своих золотых, серебряных и бумажных денег".
Центром торга являлся комплекс магазинов Гостиный двор, застраивавшийся с 1829 г. в квадрате современных улиц К.Маркса - Серова - Р.Люксембург - Пушкина. Где-то здесь в 1842 г. вовсю торговал, возможно, дед будущего главы крымского краевого правительства С.С.Крыма - С.С.Нейман. В прибавлении к газете "Таврические ведомости" за 23 сентября владелец рекламировал свой торг так: "В Симферополе, в магазине купца Соломона Неймана продается разных сортов и по самым сходным ценам писчая, почтовая и газетная бумага... от 4 рублей 50 копеек до 12 рублей 50 копеек серебром, а почтовая от 15 до 20 рублей серебром за полную стопу".
В начале XX в. здесь уже появились первоклассные магазины - либо соперничавшие со столичными, либо являвшиеся их филиалами. Например, магазин Л. Зусмана "мужскага, дамскага и детскага платья новейших фасонов", "музыкальный и нотный магазин обширнейший на юге России (рояли, пианино и фисгармонии, склад граммофонов, ноты)" - "в доме Сарафа" , "Славянский магазин Краличек и Брна модно-галантерейные товары", "Мануфактурный магазин М. Шухмана", "Магазин мужских и дамских нарядов В. А. Барон", "Модно-галантерейный магазин братьев Глуховых" и другие. Тут же бойко торговали различные кафе, кондитерские и булочные.
Тогда же на улице появились и дорогие двухэтажные дома купцов Спиро, Ластига, Ланга, Чирахова, Шнейдера, Сарафа, Бухштаба и др. Ясно, что городские власти стремились превратить эту улицу в образцовую, а домовладельцы соревновались друг с другом по роскоши и красоте домов; благоустройством улицы занимались как городские власти, так и домовладельцы. Например, в 1864 г. через проходивший вдоль улицы большой овраг был устроен мост, который в 1910-1913 гг. реконструировали и устроили под ним водосточную канаву. Шоссирована улица также была одной из первых - еще в 40-х годах XIX в. - вначале "грохоченым камнем", взятым из русла реки, потом гранитом. В начале следующего века улица была и асфальтирована, к тому же в 1914 г. от железнодорожного вокзала до ул. Пушкинской был проложен трамвайный путь и по нему открыто движение. В 1916 г. дуговые фонари на улице были заменены лампочками накаливания. И хотя вначале их было всего 6, но и это было достижением городской управы.
На месте нынешнего торгового центра "Таир" (дом 1) находились магазин "Пассаж" и аптека известного в городе фармацевта, кандидата медицинских наук Б.Г. Бухштаба, являвшегося гласным городской думы. В 1913 г. здесь был открыт кинотеатр "Трианон", позже переименованный в "Метрополь". В 1916 г. рядом примостился "первоклассный магазин обуви торгового дома М.Л. Фокермана и К", в котором - по рекламе владельца - "всегда имеется в большом выборе всевозможная обувь лучших фабрик. Цены без запроса".
С приходом советской власти кинотеатр был закрыт, в его помещении разместился студенческий клуб. В здании "Пассажа" была открыта швейная фабрика. В годы Великой Отечественной войны она была разрушена. К осени 1954 г. ее восстановили и спустя 2 года открыли здесь универмаг "Центральный". В 1965 г. универмаг перевели в новое здание на проспекте Кирова, а здесь стал работать магазин "Детский мир".
Напротив "Пассажа" Бухштаба находился винный магазин, в котором стояли бочки и полубочки, а бутылки выставлялись на витрину с подсветкой, чтобы видеть цвет вина; продавались и давались на дегустацию все лучшие сорта крымских вин. Подавалась и закуска - фрукты и конфеты.
Дом 3 принадлежал одному из первых электроосветителей города - купцу И. И. Черкесу. В нем в конце XIX в. была открыта "школа рисования и живописи художника Парижской академии Г. И. Тосунова для лиц обоего пола".
Дом 5 - "против аптеки братьев Герштейн" - принадлежал купцу Фридману. Здесь продавали ветчину, паштеты, рыбные консервы и другие деликатесы фабрики П.А. Яскевича, находившейся на ул. Нижнегоспитальной, 8. В 20-х годах здесь работал торгсин (торговля с иностранцами). Во дворе в большом старом доме под тем же номером до революции находилась сестринско-акушерская школа М. Малинского. В советское время она была преобразована в сестринско-акушерский техникум.
Дом 6 (блок из двух зданий). Тот, побольше и побогаче, в котором находится половина ювелирного магазина "Янтарь" и аптека, во второй половине XIX в. построил выходец из Кенигсберга пруссак Фридрих Папе. На окраине города, вскоре после Крымской войны, он открыл колбасную мастерскую, позже преобразованную в заводик. На вырученные деньги Папе и построил этот дом (бывший тогда украшением города), открыл в нижнем этаже магазин по продаже продукции своего предприятия. В 1888 г. Ф.Папе умер, оставив все свое имущество жене и 9 детям. Дочери его повыходили замуж и разъехались, жена, а затем старший сын продолжали дело, один из сыновей стал преподавателем частной гимназии М.А. Волошенко и построил свой дом на Потемкинской (Шмидта) улице. Остальные сыновья с семьями жили в доме отца.
Газета "Крымский вестник" за 15 сентября 1902 г. сообщала, что в доме Папе - "новооткрытый магазин готового платья Льва Зусмана", где "богатый выбор мужских, дамских и детских платьев прочной и изящной работы. Дамския наряды исполнены по последним заграничным моделям, отличаются изяществом фасонов..." Но вот в начале 1918 г. пришел "гегемон". Люди в кожаных куртках выселили владельцев дома, использовали его для своих нужд. В январе - апреле 1918 г. здесь располагался комиссариат по продовольствию города во главе с П. Р. Глазовым. Отсюда комиссар отправился в свой последний путь: на Базарной площади его растерзала толпа, разгневанная дороговизной, голодом, нищетой, поборами и притеснениями. В апреле-июне 1919 г. здесь размещалась городская продовольственная управа и городской продовольственный комиссариат.
И еще одна важная страница истории края связана с этим домом: в 20-50-х годах XX в. здесь работала редакция газеты "Красный Крым" (после войны - "Крымская правда"). Здесь бывали Лев Кассиль, Владимир Маяковский, многие представители интеллигенции края.
Не менее интересна биография и у дома 7. Его построил один из предпринимателей -строителей города Шнейдер, видимо Франц Францевич, как доходный дом. Вскоре он был преобразован в меблированные комнаты. Сохранилась реклама, помещенная в "Справочной книге по г. Симферополю на 1911 г.", где говорится: "Новооткрытая меблированная комнаты "Россия" в Симферополе расположены на Екатерининской улице в центре города, имеют водяное отопление и электрическое освещение, а также телефон" (все это тогда было роскошью, которой не могли похвастаться даже некоторые гостиницы). Номера здесь стоили довольно дорого - от 1 до 3 рублей в сутки.
В нижнем этаже располагался "первоклассный модно-галантерейный магазин братьев Глуховых", реклама которого не раз появлялась на страницах периодической и непериодической печати. В 1916 г. меблированные комнаты были переоборудованы в гостиницу под тем же названием. При гостинице были устроены кухня и отличный ресторан. Еще в 1905 г. здесь примостился и "магазин часов, золотых и серебряных изделий купца 2 гильдии Ш.X. Крепса", где продавались очки, пенсне, лорнеты, монокли, бинокли и другие атрибуты "господской" жизни. Процветал этот торговец и в годы НЭПа.
В годы гражданской войны в здании располагались штабы сменяющих друг друга воинских частей. Например, в 1919 г. штаб советской Заднепровской стрелковой дивизии во главе с П.Е. Дыбенко. В послевоенный период здание использовалось по назначению - под гостиницу "Южную". Ныне здесь ряд магазинов.
Дом № 14. Угловой дом с улицей Пушкина - красивое трехэтажное здание, так называемый "дом Семерджиева", построен в конце XIX в. Нижний этаж его всегда занимали самые нужные магазины. В 1911 г. здесь указывается "посудо-оружейный магазин И.И. Осокорева", где продавались столовая и кухонная посуда - "фаянсовая, фарфоровая, хрустальная и эмалированная". Второй и третий этаж были жилыми.
Под тем же номером - дом постройки также конца XIX в. - принадлежал доктору медицины И.М. Сарафу. В той его части, на которой после сноса уже в постсоветский период построен игровой клуб, находился "обширнейший на юге России музыкальный и нотный магазин", содержатель которого в 1911 г. предлагал пианино, фисгармонии, граммофоны, пластинки, ноты, венские гармонии стоимостью от 10 рублей и выше. При магазине имелся настройщик инструментов. В корпусе дома, который имеет продолжение вглубь двора (сейчас здесь магазин часов, аптека и игровые автоматы), была устроена (1908 г.) типография и литография. В 1917 г. здесь работал магазин "Все для автомобиля", а в 1920 г. располагалась кутеповская контрразведка. В ней сидела бывшая председательница Симферопольского ревкома периода Крымской ССР Е.Р. Богатурьянц. От смертной казни ее спасло заступничество К.А.Тренева и П.И.Новицкого.
В советское время здание использовалось под продовольственный комитет и наркомат внутренней торговли, сейчас здесь магазин по продаже часов и игровые автоматы. Тот корпус, что выходит во двор, использовался и сейчас используется под жилье.
Напротив этих зданий располагается большой продовольственный магазин, являющийся частью бывшего Гостиного Двора, где продавались самые разнообразные товары, больше продуктовые, деликатесные.
Дом 15 был выстроен в конце XIX в. как статистическое бюро губернской земской управы. Здесь работали многие видные статистики - честь и слава империи. Среди них, например, был К.А. Вернер - не только статистик, но и агроном, экономист, профессор (с 1895 г.) сельскохозяйственного института. Он разработал эффективную систему сбора достоверной информации. Статистические справочники, выпущенные под его и К.В. Ханацкого редакцией, и сегодня образец и источник высокого научного содержания.
С домом связана и первая на юге страны политическая демонстрация, которая состоялась в городе 5 мая 1901 г. Средь бела дня в центре города собрались десятка два молодых людей. Один из них поднял красный стяг, под которым демонстранты и пошли по главной улице города. Флаг этого цвета явился для Симферополя сущей невидалью. Городовой Зубовский "по недоумению полагал сначала, что... проходят ополченцы или воспитанники учебных заведений". Многие же горожане решили, что народ собрался чествовать Николая II накануне его дня рождения (6 мая ст. стиля). На первом этапе полицейский даже расчищал путь идущим. Однако нашелся обыватель, который позвонил в полицейский участок. Там сообразили, что если на знамени написано "Политическая свобода. Восьмичасовой рабочий день. Пролетарии всех стран, соединяйтесь", то шествие к Государю явно отношения не имеет. Тем более, что молодежь раздавала прокламации "противоправительственного содержания" и пела: "Вставай, поднимайся, рабочий народ...". Листовки были на русском языке, а надписи на полотнище были вышиты на русском и еврейском языках.
Городовые, получив приказ, разогнали демонстрантов. Первым был арестован знаменосец, мещанин Аксель Менделев Дискин (Аншель Дискин), родом из Могилевской губернии, имевший изысканно аполитичную профессию (дамский портной). Известно, что в 1901 г. он, как и многие участники демонстрации, принадлежал к партии Поалей Цион (Рабочие Сиона). В тот период это была исключительно еврейская партия социал-демократического направления. Вскоре суд приговорил А. Дискина к ссылке на 3 года в Иркутскую губернию. Каковая же дальнейшая судьба знаменосца? Из архивных документов мы узнаем, что в начале 30-х годов А. Дискин работал портным на швейной фабрике им. Н.К. Крупской, считался беспартийным, а ранее был членом РСДРП ("искровцем"). Его имени не было на мемориальной доске, установленной в 1950 г. Нет и на современной, образца 1983 г.
После Великой Отечественной войны здание было перестроено под главпочтамт, а с 1982 г., когда построено новое здание почтамта, его использует Союз художников Крыма под выставочный зал.
Дом 16 принадлежал купцу, а затем редактору-издателю газеты "Крымский вестник" С.М.Спиро. Уже в 1866 г. Спиро открыл здесь типографию и литографию, которая в 1885 г принадлежала уже "мелитопольской купчихе С.Г.Спиро". В 1880 г. здесь работала редакция газеты "Таврида", а с 1890 г. - редакция газеты "Крымский вестник". Вскоре она переехала в Севастополь.
В 1910 г. здесь был открыт кинотеатр "Ампир", который до марта 1925 г. совмещал в себе и кинотеатр и театр. В 1929 г. он получил новое имя - "Прожектор", а в 1931 г. - "Культфильм". Вскоре он еще раз переименован и стал "Юнгштурмом". В 30-х годах здесь действовал еврейский клуб, а после войны - ресторан "Астория" и фотография. С 1935 по 1962 г. здесь жил известный в Крыму ученый, доктор химических наук профессор П.Т. Двойченко. В советский период в здании также находились управление по рыбной промышленности Крыма, мельничный отдел Наркомпрода, управление мельницами по Крыму. Ныне здание на капитальном ремонте.
Соседствующий с этим зданием Верховный Совет Автономной Республики Крым построен уже в наши дни и занимает практически четыре номера - 18, 20, 22 и 24.
Эти номера первоначально (200 лет назад) были отведены под Дом полиции. В описи казенных строений города, составленной в 1818 г., о нем говорится: "Полицейский большой каменный дом о двух этажах, в нем 15 покоев, 3 кладовых и 2 сенец. Обнесен вокруг каменной стеной. Внутри дома каменный острог о 6 покоях с 2 сенцами и 2 покоя (в особой связи) для стражи, тоже каменная ограда с воротами. В особом отделении 4 покоя, 1 кладовая и 1 сенцы для подсудимых чиновников и стражи. Строение 1808-1810 гг. из бутового камня на глине, крыто черепицей".
Здание не раз чинилось и перестраивалось. Вначале к нему была пристроена и переделана тюрьма, погреб и другие службы, затем - 2 флигеля (по бокам), потом пожарная вышка с колоколом, а в 1867-1869 гг., с упразднением тюрьмы здесь и постройкой новой близ железнодорожного вокзала, здание было переоборудовано под Симферопольский окружной суд.
На месте его флигелей в начале XX в. были построены два училища. То, которое соседствовало с домом С. М. Спиро, использовалось под кинотеатр для детей - до войны "Юнгштурм", с 1957 г. - "Пионер", с 1965 г. - "Алые паруса".
Дом 17 не менее интересен с исторической точки зрения. Практически он состоит из трех корпусов, построенных в разное время. В первом (угловом) корпусе, построенном в первой половине XIX в., видимо находилось Дворянское собрание (до постройки специального здания), другие корпуса предназначались для губернской земской управы и музеев при ней. Естественно-исторический музей был открыт здесь 12 декабря 1899г. и был единственным на юге страны музеем, в котором сочетались научно-исследовательская, просветительская и практическая работа.
Вначале он представлял собой энтомологический кабинет ученого С.А. Мокржецкого, специалиста по борьбе с вредителями, затем начал быстро пополняться материалами по геологии, ботанике и зоологии.
С.А. Мокржецкий написал свыше 200 работ. Его заслуги признавал известный американский энтомолог Л.О. Говард, посетивший Крым в 1907 г. В докладе на международном конгрессе зоологов он отметил, что "в Крыму С.А. Мокржецким произведено много ценных исследований по сельскохозяйственной энтомологии и обнародовано много ценных трудов". Видные ученые использовали его материалы для своих трудов (например, зоолог А.А. Браунер при создании монографии "Летучие мыши Крыма"), научные изыскания применялись - и весьма успешно - в сельском хозяйстве (борьба с вредителями), были организованы курсы по прикладной энтомологии. К 1913 г. в музее существовали отделы: зоологический, ботанический, почвенный, палеонтологии, геологии и минералогии, гидрогеологический, сельскохозяйственный. За время своей деятельности музей собрал до 4 тысяч экспонатов, характеризующих флору и фауну Таврической губернии. За 13 лет (1901-1913 гг.) его посетило почти 250 тыс. человек. Музей издавал периодический научный сборник "Труды естественно-исторического музея Таврического губернского земства". В этом же здании начал свою деятельность и музей древностей, который из-за тесноты не раз менял помещение.
В период борьбы белых и красных за власть здесь располагались различные гражданские учреждения или штабы войск. В январе-апреле 1918 г. здесь располагался ЦК Советов Таврической губернии и ЦИК республики Тавриды под председательством Ж.А.Миллера, о чем свидетельствует "список учреждений и должностных лиц Совета рабочих и крестьянских депутатов, а также профсоюзов и других организаций в г. Симферополе". (Все комиссары первого советского правительства получали по 500 рублей, имели права льготного проезда по всем железным дорогам, во всех поездах, в том числе экстренных, право переговоров по прямому проводу со всеми городами и пунктами, бесплатного проезда во все уезды Таврической губернии и пользования телефоном. Им выдавались специальные мандаты о праве ношения оружия и неприкосновенности личности.)
В ноябре 1920 г. здесь располагался штаб Южного фронта во главе с М.В.Фрунзе, К.Е.Ворошиловым и С.М.Буденным, о чем свидетельствует мемориальная доска на фасаде здания (установлена в 1959, заменена в 1965 г.) В 1920-1921 гг. здесь располагались отделы Крымсовнархоза - топливный, текстильный, кустарной кооперации и утильбюро. После создания Крымской АССР, кроме того, наркомат юстиции, ее консультационное бюро и коллегия защитников при главсуде.
Дом 26/10 занимает ныне Симферопольский медицинский колледж имени Д.И.Ульянова. Но и сегодня еще старожилы города называют его по имени первого мецената "тарановской больницей".
Построено это здание по завещанию и на средства подполковника, по происхождению из дворян Екатеринославской губернии Александра Степановича Таранова-Белозерова. Начав по обычаю дворян службу в армии в детстве, он в 1779 г. назначается прокурором магистрата Екатеринославского наместничества. Как человек недюжинных способностей был замечен самим Потемкиным и назначен с 4 октября 1784 г. прокурором Таврической области. Став одним из ближайших сподвижников первого правителя области В.В.Каховского, он в январе 1787 г. ездил в Москву для покупки мебели и материалов для отделки путевых дворцов Екатерины II: люстр, зеркал, столов, палаток, холста, ситца, выбойки, белил, сусального золота, свечей, кибиток, хомутов, жаровен и прочая - многое требовалось для такого невиданного по роскоши путешествия. С задачей успешно справился, отправив в Крым "три транспорта", вернулся, принял участие в отделке дворцов, а также во встрече и проводах императрицы. В Карасубазаре был награжден Екатериной II орденом. В августе 1788 г. он выдвигается на должность областного прокурора. "К продолжению службы способен и достоин", - записано в его формуляре за 1795 г.
Выйдя в отставку, Александр Степанович приобрел имение под Феодосией, а за 5 лет до кончины составил завещание, по которому оставил все свое движимое и недвижимое имущество в Крыму на строительство странноприимного дома в Симферополе. Умер А.С. Таранов-Белозеров в 1819.
Один из душеприказчиков покойного вице-адмирал Черноморского флота Филипп Тимофеевич Быченский натолкнулся на трудности в осуществлении его воли. На имущество предъявили иски бывшая жена и брат, началась бюрократическая переписка, все как у нас водилось и водится. После вмешательства В.С. Попова дело сдвинулось с мертвой точки. "Не могу без чувствительнейшаго прискорбия вспомнить о кончине Александра Степановича; в нем потерял я стараго и добрага приятеля, коего искренное ко мне усердие доказано временем и опытами", - писал Попов Быченскому. В письме предлагалось доложить губернатору, "а буде дело не сдвинется", то и царю.
В Госархиве в АРК сохранился целый фонд Совета попечителей странноприимного дома, свыше 1,5 тысячи дел, из которого видно: здание было заложено летом 1822 г. и окончено строительством в 1826 г. Смотритель дома майор Степанов в еженедельных рапортах пунктуально перечислял суммы, затраченные на стройку. Один из архитекторов, наблюдавший за ходом работ, оказался не на высоте, допустил "упущения". Поэтому летом 1824 г. руководство стройкой было поручено известному зодчему И.Ф.Колодину. Он изменил кое-что в проекте, привлек к работам "ведомства морского и адмиралтейскаго служителей". Среди моряков Черноморского флота - строителей здания - мы встречали профессии печников, штукатуров, маляров, плотников...
Внешним видом дом напоминает дворянскую усадьбу того времени. Особенно интересны колоннада дорического ордера и внутренняя лестница, выполненная в духе работ выдающегося русского архитектора Жана Тома де Томона. В 1889 г. его срисовал с натуры художник А. Архипов.
В биографии этого здания много славных имен наших сограждан: Ф.К. Мильгаузен, А.Ф. Арендт, Ф.А. де Серр, Х.Х. Стевен, губернатор Н. А. Княжевич...
Выдающийся врач России Ф. К. Мильгаузен являлся первым председателем Совета его попечителей. Сохранилось немало его писем об обеспечении новостройки средствами и материалами, о заботливом уходе за подопечными и т. п.
Профессор, ученый-химик де Серр, которому А.С. Таранов-Белозеров оставил завещание (т.е. был душеприказчиком наряду с Ф.Т. Быченским), тоже проделал большую работу в Совете.
Один из лучших в ту пору врачей Таврической губернии А.Ф .Арендт долгое время трудился в заведении, и как говорится в одном из представлений царю, подписанном членами Совета попечителей дома: "... показал отличное усердие, неутомимые труды и человеческое попечение в пользовании больных, призреваемых в странноприимном доме, он вылечивал застарелые болезни ... с особенным искусством...".
В странноприимном доме содержалось от 60 до 80 одиноких, престарелых и больных вначале военнослужащих, а затем и гражданских лиц. В советское время в доме размещались различные медицинские учреждения: университетская клиника, областная противотуберкулезная больница, госпиталь инвалидов Великой Отечественной войны.
Недалеко от странноприимного дома в 1840 г. было построено здание немецкой кирхи. Проект здания в стиле классицизма был выполнен Ф. Эльсоном. Культовое сооружение в виде просуществовало до 1890 г.
Дом 25 был построен Андреем Федоровичем Арендтом, "штаб-лекарем, надворным советником, ордена св. Анны 2-й степени и св. Владимира 4-й ст. кавалером, имеющим знак отличия беспорочной службы за 25 лет". Сохранился документ от 16 февраля 1943 г., по которому губернское правление решило: это, тогда еще пустопорожнее, место "считать за Арендтом". Когда точно построен дом, установить не удалось. Но в списке домовладений за 1858 год он уже значится. Думается, что большая часть жизни и этого замечательного человека, на протяжении нескольких десятилетий лечившего чуть ли не весь город, и его сына, также отличного и долго практиковавшего врача, получившего мировое признание как один из авторов теории планеризма, Н.А. Арендта, прошла именно в этом доме. На момент выхода 3-го издания книги (июль, 2007) процесс разрушения оставленного дома представляется уже необратимым.
В 1842 г. в дом генерал-майора Ф.Д. Ревелиоти (ныне гимназия № 1, д. 32) перебралась из дома Горчакова (ул. Ушинского, 4) мужская губернская казенная гимназия, открытая тридцатью годами ранее - 2 сентября 1812 г. В начале занятия шли в плохо приспособленных для этого помещениях, и лишь в 60-е годы здание перестроили под гимназию. Это учебное заведение было высшим достижением городской думы и передовой общественности на ниве просвещения. В год открытия в нем училось всего 17 человек, однако в 1865 г. уже 318, а в 1883-м - 434 человека.
Здесь работали многие замечательные педагоги, ученые, общественные деятели: А.И. Маркевич, Д.И.Менделеев, Ф.Ф.Дашков, Е.Л.Марков, Л.В.Жирицкий, Н.И.Александров, К.И .Годорский, А.Ф.Лычагин и другие.
к началу страницы

Улица Карла Либкнехта
"Вчерашний день, 17 июля, обрадована я была вашими вестниками, кои приехали друг за другом следующим порядком: на рассвете конной гвардии секунд-ротмистр князь Иван Одоевский со взятием Каффы; в полдень гвардии подпоручик Щербинин - с занятием Керчи и Еникале, а перед захождением солнца артиллерии поручик Семенов с ключами всех сих мест и с вашими письмами".
Это из письма Екатерины II командующему 2-й русской армией во время русско-турецкой войны 1768-1771 гг. генерал-аншефу В. М. Долгорукову. А развивались события так. В июне 1771 г. войска под его командованием штурмом овладели Перекопскими укреплениями, часть их через Арабатскую стрелку вступила в восточный Крым. Русские заняли крупный торговый город Кефе (Феодосию) и Керчь с крепостью Еникале. Вскоре Крым был провозглашен независимым от Османской империи.
За блестящую победу русских войск князь В. М. Долгоруков получил вторую фамилию - Крымский, георгиевский орден первой степени, 60 тыс. рублей и табакерку с портретом императрицы, ибо "к незабвенной славе России завоевал он Крымский полуостров... отворил российскому флоту путь через Босфор Циммерийский (Керченский пролив) в Черное море".
Память о важном событии в многовековой борьбе русского и украинского народов против османской агрессии была увековечена еще в XIX в. 29 сентября 1842 г. на месте, где, по преданию, стояла палатка В.М.Долгорукова, открыт памятник-обелиск высотой 18,5 м из диабаза (архитектор А.Штрейхенберг, работы по камню Федора Вахрушева). По краям обелиска были врыты в землю стволы пушек долгоруковских времен, на чугунных столбах установлены старинные фонари, а сама четырехгранная колонна украшена барельефами (в дальнейшем памятник был несколько искажен неумелой реставрацией).
Самое раннее название улицы, где высится обелиск, - "Дорога на Перекоп" (совпадение названий с нынешней ул.К.Маркса неслучайно, с ней они составляли единую дорогу). В 1883 г., в дни празднования столетнего юбилея включения Крыма в состав России, уже сформировавшуюся улицу переименовали в Долгоруковскую.
Улица застроена в основном в XIX столетии. Из первых зданий, сформировавших ее облик, отметим: дом врача А.Ф.Арендта (№ 14), Симферопольский казенный винный склад (д. 38), лютеранскую церковь и школу при ней (д. 16), губернскую земскую управу (д. 2), офицерское собрание 51-го Литовского полка (д. 35), гостиницу "Ливадия", позднее "Бристоль" (д. 5), дом Шнейдера (№ 17), частную мужскую гимназию М.А. Волошенко (д. 41).
К началу XX в. улица была одной из лучших в городе. "По этой улице, - сообщает настольная и дорожная книга "Россия. Полное географическое описание нашего отечества" (1910 г.), - путешественник попадает с вокзала в город. На этой последней расположены лучшие отели и гостиницы города".
В биографии улицы много славных имен. Где-то в начале улицы жила дочь Таврического губернатора А.С. Жегулина-Ершова , в доме которой в 40-х годах прошлого столетия собиралось общество любителей музыки. Нижний этаж дома служил гостиной; здесь не раз звучала музыка в исполнении Александра Николаевича Серова, композитора и музыкального критика, ставшего вскоре известным всей России. "Серов играл, видимо, погруженный в музыку. И когда он играл не зауряд, а по вдохновению, то играл... как какой-то жрец, глубоко верующий в божество", - писал друг композитора М.М.Молчанов.
Осенью 1845 г. А.Н.Серов получил назначение на должность товарища председателя Таврической уголовной палаты и приехал в Симферополь. Вскоре сюда был направлен и М.М.Молчанов, соученик Серова по училищу правоведения.
Квартиру они снимали на Бульварной улице (ныне Ленина) в доме у жены титулярного советника Е.Ф. Нисходовской. По словам М.М.Молчанова, "угловой, каменный, одноэтажный дом тот, крытый черепицею, окрашенный белою краскою, стоял на горе, на которую постепенно и восходила главная улица". Из окон этого дома, местонахождение которого пока точно не установлено, открывался "превосходнейший вид на фруктовые сады, расстилавшиеся внизу по Салгирю, и на отдаленные, покрытые туманом и облаками, вершины южнобережных гор".
Служба была Серову в тягость. Взяточничество и крючкотворство, подкупы и проволочки во всех присутственных судебных местах вызывали в его душе гнев и протест. Все свое свободное время он отдавал музыке; любил также побродить по городу, любуясь южной природой. "Берега Салгира просто очарование, - писал А.Н.Серов сестре 17 октября 1845 г., - а мне говорят, что под самым городом, в саду князя Воронцова, Салгир течет еще великолепнее среди самых густых групп тополей и других деревьев. Что все это должно быть в летние лунные ночи? И вот где живет теперь твой брат А.Серов".
Когда в Симферопольском театре выступал М. С. Щепкин, А.Н.Серов не пропустил ни одного из 13 спектаклей с участием знаменитого актера. Тогда же, в сентябре 1846 г., состоялось их личное знакомство.
Молодой музыкант усиленно занимался самообразованием. Его любимыми композиторами были Гендель, Гайдн, Моцарт, Бетховен, произведения которых он охотно исполнял в домах друзей; увлекшись Бахом, Серов играл его "бесподобные хоралы" на органе в лютеранской церкви (здание не сохранилось). Он сделал фортепианное переложение увертюры Бетховена "Кориолан" и посвятил его Ф.Листу. "Ваша фортепианная партитура увертюры "Кориолан", - писал Лист Серову в Симферополь, -делает величайшую честь вашей художественной совести".
В симферопольский период жизни А.Н.Серов создает множество переложений и аранжировок, оперу "Мельничиха в Марли", начатую еще в Петербурге, кантату в честь Ф.К. Мильгаузена, а также классическую статью "Моцартов "Дон-Жуан" и его панегиристы". М.М.Молчанов вспоминал: "В то же время Серов писал оперу на тему "Майская ночь, или Утопленница". В ней были превосходнейшие мотивы... Напевы такие прелестные и так они магически действовали на душу, что все мы, тогдашние слушатели, были просто в восхищении и прочили Серову и этой "Майской ночи" светлейшую будущность...". К сожалению, обе ранние оперы композитора не сохранились.
В марте 1904 г. переулок Соборный, находившийся напротив Александро-Невского собора, был переименован в ул. Серова.
Многие выдающиеся представители русской культуры работали в 1866-1920 гг. в здании Таврической губернской земской управы (ныне д.2 - прокуратура Центрального района).
Земские управы - выборные исполнительные органы земского управления - были созданы царским правительством после отмены крепостного права с целью приспособить самодержавно-полицейский строй России к буржуазному развитию страны. Таврическая земская управа ведала вопросами сельского хозяйства, кустарной промышленности, продовольствия, народного образования, страхования, строительства и благоустройства городов на территории губернии. Выборы членов управы производились земскими собраниями, состоявшими из выборных земских гласных, причем стать ими могли лишь люди состоятельные: избирательный ценз был достаточно высок. Председатель управы вступал в должность после утверждения его кандидатуры губернатором.
Крымчанам повезло. Председателем губернской земской управы в 1883-1894 гг. был сын знаменитого русского ученого, основателя Никитского ботанического сада Х.Х. Стевена - Александр Христианович.
А.Х. Стевен (1844-1910) вырос в Симферополе, в доме частыми гостями были П.И.Кеппен, А.Я.Фабр, Ф.К. Мильгаузен, А.Ф. Арендт. Стевен-младший с отличием окончил Симферопольскую губернскую мужскую казенную гимназию, а затем физико-математический факультет Петербургского университета. Одним из его первых учителей в Симферополе был будущий великий химик Д.И.Менделеев. Александр Стевен отличался широтой и демократичностью взглядов, стоял во главе многих культурных начинаний в жизни Симферополя. Он участвовал в археологических исследованиях в Крыму, основал краеведческую библиотеку "Таврика" и долгие годы, даже находясь уже в Петербурге, способствовал пополнению ее фондов.
А.Х. Стевен был избран первым почетным председателем основанной в здании управы в 1887 г. Таврической ученой архивной комиссии (ТУАК). Заместителем, или, как тогда говорили, товарищем председателя стал И.И. Казас, большой знаток тюркских языков, а правителем дел - учитель истории Симферопольской мужской казенной гимназии талантливый историк - исследователь Ф.Ф. Дашков.
В Таврическую ученую архивную комиссию входило вначале 64, а к концу XIX в. около 300 членов, работавших как в Крыму, так и за его пределами. В разное время членами ТУАК были такие выдающиеся ученые, как С.Ф.Платонов, Б.Д.Греков, В.И.Вернадский, С.А.Жебелев, востоковеды В.В. Бартольд, Н.Я. Марр, И.Ю. Крачковский; искусствоведы Н.П.Кондаков, Д.В. Айналов; литературоведы Н.К.Гудзий, Е.В.Петухов; геологи Н.И.Андрусов, Н.Н. Клепинин; археологи Н.И. Веселовский, Ю.А. Кулаковский, Р.Х. Лепер, К.К. Косцюшко-Валюжвиич, А.Л.Бертье-Делагард. Комиссия представляла собой содружество ученых, краеведов, широких кругов общественности, это придавало ее деятельности демократический характер.
Главной задачей ТУАК был просмотр и отбор архивных материалов на постоянное хранение. Благодаря своей титанической работе удалось спасти от гибели значительное количество источников (архивы продавались пудами обойщикам и переплетчикам). Особенно велика здесь заслуга правителя дел комиссии Ф.Ф.Дашкова, имевшего опыт архивной работы.
Многое было сделано и для спасения исторических памятников Крыма. Те, что находились на частной земле, в России законом не охранялись: землевладельцы имели право поступать с ними по своему усмотрению. Члены комиссии добивались запрещения самочинных действий собственников, вывоза древностей за границу, изыскивали средства на их охрану и исследование, провели учет курганов, каменных баб и других археологических памятников.
Научная работа была уже сверх программы, но и тут вклад ТУАК огромен. На 260 заседаниях члены комиссии сделали 419 научных докладов, напечатанных в 57 сборниках. Эти научные статьи и. публикации не потеряли своей ценности по сей день. При ТУАК был открыт музей древностей, который комплектовался в основном за счет частных пожертвований. Так, А.Х. Стевен передал предметы, найденные им на Неаполе скифском. От А.Л. Бертье-Делагарда и Н.Н. Клепинина в музей поступили фотографии, а от известного русского ученого В.П.Кеппена, сына академика П.И.Кеппена, - материалы, характеризующие землевладение и земельные отношения в Таврической губернии. Несмотря на нехватку средств на содержание музея (он ютился в неприспособленных комнатах, а затем трижды менял свое место), за 18 лет его работы было собрано 7 тыс. ценных экспонатов, в том числе богатые коллекции по этнографии и нумизматике.
Таврическая ученая архивная комиссия была лучшей из подобных комиссий в России. И, как писал академик И.Ю. Крачковский, добилась она этого благодаря деятельности А.И. Маркевича.
Краевед, историк, этнограф, археолог Арсений Иванович Маркевич (1855-1942) большую и самую плодотворную часть жизни провел в Симферополе. Более чем полувековая деятельность ученого дала богатые результаты.
Со дня образования Таврической ученой архивной комиссии он один из активнейших ее членов, затем, после отъезда в Петербург А.Х. Стевена (1894), фактический, а с 1908 г. официальный председатель ТУАК.
А.И. Маркевич провел огромную работу по отбору архивных источников на хранение, по охране памятников старины, написал около 250 работ по истории края. Ученый неоднократно выступал со статьями и докладами об улучшении археологических исследований в Крыму и упорядочении архивов. По поручению комиссии в 1904 г. он определил границы городища Неаполя скифского, в пределах которых не должно быть допущено самовольных раскопок. По его инициативе вдоль этих границ были поставлены охранные столбы и прекращена добыча камня с городища.
А.И. Маркевич был горячим сторонником создания в Симферополе университета, а после открытия вуза стал одним из его первых преподавателей.
В 1927 г. он удостоен звания члена-корреспондента Академии наук СССР (случай беспрецедентный, так как Маркевич не имел ученой степени). Под председательством Арсения Ивановича Таврическая ученая архивная комиссия была преобразована в Таврическое общество истории, археологии и этнографии. В здании губернской земской управы неоднократно бывал младший брат В.И.Ленина,- земский врач Д.И. Ульянов. Заведующим санитарным отделом управы работал его друг врач А.А. Дзевановский, совместно с которым Д.И.Ульянов написал несколько научных статей, в частности "К вопросу об участии губернского земства в борьбе с эпидемиями".
Дома 1,3. Водолечебница доктора медицины С.М.Левина была устроена в специальном здании с выходом на Долгоруковскую (ныне К.Либкнехта, 1) улицу. Первым документом, относящимся к этому заведению является "прошение доктора медицины Самуила Михайловича Левина" в губернское правление от 23 июня 1900 г. "желая устроить в моем доме в городе Симферополе водолечебницу, - писал доктор медицины, - представляю при сем чертеж и пояснительную записку к нему". Вначале она была небольшой: состояла из одного отделения (мужчины и женщины принимали ванны в разное время), имела переднюю со входом со двора и с Долгоруковской улицы, приемную с раздевальнями. 6 апреля 1902 г. доктор Левин подал в губернское правление новое прошение об утверждении проекта расширения лечебницы. Буквально через 4 дня доктор получил обратно утвержденные документы. Это свидетельствовало о нужности и успехе заведения, по сути являвшегося первой электросветолечебницей Крыма. С 1911 г. она уже так и рекламировалась. В советское время здание использовалось по-разному. В начале 1918 г., например, здесь располагался госпиталь 208-го сводного эвакуационного пункта, сейчас его занимает финансовое управление.
Дом 5, где ныне размещается Объединенный коммерческий банк, известен среди краеведов как бывшая гостиница "Бристоль".
Первым сохранившимся документом об этом месте является список купцов по г.Симферополю за 1875 год. В нем указан дом купца Эмабля на Долгоруковской улице и говорится, что в нем имеется гостиница, в которой работает сапожных дел мастер. Об Эмабле известно мало. Есть на старом кладбище у Спортивной площади могилка с надписью "Эмабль Антон, ум. 1877 года". И более пока ничего.
Среди гостиниц города в 1885 г. В.Х .Кондараки называет "Петербургскую", "Ливадию" и "Золотой якорь" - как лучшие. Значит, эта называлась "Ливадия". Позже она уже называется "Россия". В газете "Крым" за 18 мая 1899 г. помещена реклама содержателя Д.Д.Кравца: "Гостиница "Россия" вблизи всех присутственных мест, самая большая. Номера в полном порядке, по весьма умеренным ценам от 75 копеек и до 3 рублей в сутки. Номера отдаются помесячно от 10 рб. и дороже с бесплатным самоваром. Также при гостинице имеются кабинеты, ресторан и кухня. Можно иметь самые изысканные блюда".
Вскоре она опять переименована. В той же газете за 14 мая следующего года объявлялось, что "с 30 апреля открыт отель "Бристоль" в Симферополе по Долгоруковской улице, в доме Жежеленко, где помещалась гостиница "Россия". Дом заново переделан, площадь зала значительно увеличена. Устроен пассаж с Долгоруковской на Александроневскую улицу. До 50 роскошно отделанных и изящно меблированных номеров. Мраморные ванны и души. Электрическое освещение, телефон и комиссионеры. Повар Орлов выписан из Москвы из знаменитого отеля "Континенталь". По благоустройству отель "Бристоль" будет вне конкуренции с остальными местными гостиницами". Добавим, что Александр Андреевич Жежеленко являлся почетным попечителем реального училища.
В дальнейшем содержатели гостиницы не ленились благоустраивать ее. Так в 1914 г. при ней был открыт "кафе-шантан".
В советское время гостиницу передали под жилье наиболее нуждающихся. За годы эксплуатации здания, уже никому не принадлежащего, оно постепенно приходило в ветхое состояние. И только в наши дни уже "новые структуры" - банк - провели реконструкцию, в том числе восстановили балкон, о котором так хвалебно отзывалась дореволюционная реклама. (Не забудем, что он открывал вид на памятник Долгорукову, кафедральный собор и вообще на центр города).
На Перекопской (ныне К. Либкнехта, 14) в семье известного врача А.Ф. Арендта 1 октября 1833 г. родился будущий основоположник планеризма Н.А. Арендт. Семья общалась со многими выдающимися учеными того времени. Отец Николая Андреевича (есть предположение) лечил А.С.Пушкина, когда тот гостил в Симферополе, других видных представителей русской культуры.
В 1849 г. Н.А. Арендт окончил с отличием Симферопольскую мужскую губернскую казенную гимназию, затем Петербургскую медико-хирургическую академию (1854 г.) и через несколько лет, защитив в Петербурге докторскую диссертацию (1862 г.), вернулся в Симферополь (1865 г.), в этом же году женился на дочери вице-губернатора А.А.Солнцева Софье, а потом три десятка лет проработал земским врачом.
Все свободное время Н.А. Арендт посвящал планеризму, наблюдал в полете птиц, делал расчеты. Он высказал новую, невероятную по тогдашним понятиям точку зрения, что летательный аппарат может быть тяжелее воздуха. В 1874 г. Н.А. Арендт опубликовал статью о разработанной им конструкции безмоторного самолета, парящего в воздухе, чем заложил основы планеризма. В 1877 г. он просил военное министерство выделить на постройку планера 2000 рублей, но получил отказ. Обращение к царю также не дало результата.
Неудачи не сломили Н.А. Арендта. В 1888 и 1889 гг. двумя изданиями вышла в Симферополе его книга "О воздухоплавании, основанном на принципах парения птиц". В книге были научно изложены и математически рассчитаны возможности полета аппарата тяжелее воздуха. Ученый продолжал работать над улучшением моделей планеров, влез в долги, и дом его был продан с молотка. Н.А.Арендт купил небольшой домик у водопада Учан-Су близ Ялты и проводил опыты до самой смерти, последовавшей 14 декабря 1893 г.
Если Симферополь с его железнодорожным вокзалом-дворцом, построенным в 1950 г. архитектором А.Н. Душкиным, называют воротами Крыма, то Симферопольский художественный музей и его уникальная крымская коллекция дает повод назвать его "вратами крымского искусства".
Расположен музей в здании бывшего Офицерского собрания (дом 35). Кстати, от вокзала к музею можно дойти за несколько минут через сквер, примечательный необыкновенным разнообразием древесных пород. Недалеко от него в начале XIX века располагалась мастерская художника-мариниста Э.Я. Магдесиана, открывшего в нем первую картинную галерею в городе.
Здание Офицерского собрания 51-го пехотного Литовского полка было построено в 1910-1913 годах в историческом стиле, охотно применявшемся при возведении официальных сооружений, тогда как в окружающих его частных домах появляется стиль Модерн. Простой "кубический" объем двухэтажного здания пластически обогащен выступами (ризалитами) завершенными небольшими аттиками с двуглавыми орлами - гербами Российской империи, углубленный парадный вход фланкирован двумя колоннами тосканского ордера, с трех сторон из стен выступают массивные балконы, на которые выходили из бального зала. Главный фасад выделен лентой венецианских окон с богатой рельефной орнаментацией наличников. Рельефные гербы, трофеи, венки и ветви лавра и дуба, также как и горизонтальная рустовка первого этажа подчеркивают парадный, торжественный характер сооружения, а светлая окраска стен (желтое и белое) придают ему праздничную легкость.
Сохранилась (едва ли не единственная в городе) старинная ограда вокруг палисадника и двора с флигелем, где расположены Выставочные залы музея.
После реставрации (конец 80 - начало 90-х годов прошлого века) экстерьеру и отчасти интерьеру здания возвращен его первоначальный облик.
Долгое время автором проекта Офицерского собрания считался академик Н.П.Краснов, построивший в ряду многих сооружений на ЮБК и царский дворец в Ливадии, но его авторство не подтверждено, и вопрос этот остается открытым (в ряду возможных упоминаются - Ф.К. Киблер, Е.Д.Садовский, А.Я.Рыков).
С 1922 г. в этом здании был размещен Центральный музей Тавриды, самой ценной частью собрания которого был художественный отдел. Он включал в себя живописные полотна русских мастеров (в том числе Брюллова, Айвазовского, Шишкина, Левитана, Серова), скульптуру (ценнейшей из них была статуя Вероккио, итальянского мастера Раннего Возрождения), фарфор - экспонаты, в основном изъятые Советской властью из дворцов и имений знати Южного берега Крыма.
В 1936-1937 годах на основе этого отдела была создана Симферопольская картинная галерея (открылась для публики 8 ноября 1937 г.), в 1966 г. переименованная в Симферопольский художественный музей. Так завершился многолетний процесс создания музейного художественного собрания в столице Крыма, первая попытка которого относится к 1908 году, когда в уставе нового Общества любителей искусства одной из его задач была объявлена "организация музея искусств".
Коллекция пополнялась из местных источников, фондов Третьяковской картинной галереи и Государственного русского музея (эти музеи сыграли свою роль и в послевоенном возрождении музея).
В годы войны картинная галерея понесла невосполнимые потери, и ее коллекция перестала существовать. Долгое время считалось, что все ящики с картинами сгорели на причале Керченского порта летом 1941г. во время бомбежки, а так как инвентарные книги и каталог не сохранились, то и состав довоенной коллекции установить было невозможно. А многолетняя работа в архивах научных сотрудников музея Н.Ф. Грищенко и Г.И. Федотовой помогла многое уточнить в судьбе довоенной коллекции, и в 2002 году был издан "Каталог Ценностей Симферопольского художественного музея, утраченных во время Второй мировой войны".
В настоящее время собрание музея насчитывает более 7 тысяч экспонатов основного фонда (живопись, скульптура, графика, декоративно-прикладное искусство).
Ряд ценных произведений был передан из центральных музеев страны. Это были в основном работы художников советской России и других республик, а затем в музей поступали преимущественно работы украинских и крымских художников. Последние годы музей развивается как собрание искусства Крыма, многие произведения передаются художниками в дар. Особо следует подчеркнуть значение монографических крымских коллекций Э.Я. Магдесиана, К.Ф. Богаевского, М.А. Волошина, М.М. Казаса (это его единственное музейное собрание, представляющее почти все его работы, которые сохранила и передала музею сестра художника А.М. Казас), В.К. Яновского, В.И. Благовещенского, Н.С. Барсамова, А.А. Козлова, Ю.В. Волкова, Ф.З. Захарова, Я.А. Басова, В.Д. Вернадского и других. На их основе в музее был создан Крымский зал, представляющий историю развития крымского искусства с начала XIX в. до наших дней. Особым динамизмом отличается раздел современного искусства Крыма, где часто происходят перемены в экспозиции, отражающие художественную жизнь нашего края. Здесь представлены не только активно работающие в Крыму художники З.И. Филиппов, О.В. Грачев, В.С Лисица, В.А. Платонов, В.Н. Хоришко, Н.А. Муравский, Н.Я. Дудченко и другие, но и крымская диаспора (Ф.С. Шерман, В.А. Трусов).
Экспозиция музея составляет лишь небольшой процент от хранящихся здесь произведений искусства, но именно она определяет его лицо. Это, прежде всего, относится к отделу русского искусства, занимающего все залы второго этажа музея. Отметив замечательную икону московской школы "Рождество Христово" (конец XVI в.), с которой и начинается экспозиция, и не придерживаясь хронологии, назовем лишь некоторые шедевры. Это и знаменитая "Лунная ночь на Днепре" А.И.Куинджи (вариант 1882 г., другие - в Государственном русском музее, Государственной Третьяковской галерее), подлинная жемчужина нашей коллекции картина В.Э.Борисова-Мусатова "Минувшее. Барышня и дама", "Портрет архитектора А.Н.Львова" Д.Г.Левицкого (одно из лучших приобретений музея), парадный портрет "М.И.Барятинский" Х.Робертсон, и академическое "Святое семейство" П.М .Шамшина. Работы мастеров первой половины Х1Хв. В.А. Тропинина, А.Г.Венецианова, небольшие, но высокого художественного качества полотна И.К.Айвазовского ("Закат на море", "Морской вид с островом") и, конечно, передвижники: И.И.Шишкин, В.Д.Поленов, Н.А.Ярошенко, К.В. Лемох, В.Е.Маковский, Н.Н. Дубовской, из работ И.Е.Репина замечательный "Этюд натурщицы", имеющий все достоинства картины.
Рубеж Х1Х-ХХ в., помимо шедевра В.Э. Борисова-Мусатова, представлен работами мастеров "Мира искусства" А.Бенуа, А.С. Бакста и "Союза русских художников": импрессионистический "Городской пейзаж" К.А.Коровина, пейзажи С.Ю.Жуковского, Л.В. Туржанского. Говоря о рисунке, отметим два портрета княгини М.К. Тенишевой: один - Репина, другой - гениального Врубеля.
Привилегия провинциальных музеев - показ художников второго и третьего ряда. У нас - это И.Е. Крачковский, А.И.Мещерский, эффектный И.Н. Занковский, которого часто копируют студенты художественного училища.
В зале советского искусства ярко представлены "сезаннисты": Р.Р.Фальк, А.В.Куприн, П.П .Кончаловский, а также такие классики, как А.А. Дейнека, К.С. Петров-Водкин, К.Ф. Юон и И.И. Грабарь. 60-ые и более поздние годы представлены картинами В.Ф. Стожарова и знаменитого "неформала" Тимура Новикова, не пройти мимо и полотна А.А. Китаева "Родное дите на периферию".
В 90-ые годы живопись украинских художников была выделена в отдельный зал, что дало возможность подчеркнуть особенные черты национальной школы, представленной выдающимися мастерами второй половины Х1Х-ХХ веков от К.А. Трутовского до Т.Н. Яблонской. Лирический Н.К. Пимоненко, динамичный Н.С. Самокиш, созерцательный С.И. Святославский, эпический И.И. Труш - это первый ряд украинского классического искусства.
Большие Выставочные залы (единственные в Крыму) дают возможность музею вести активную выставочную деятельность, показывая произведения из своих фондов и фондов других музеев, широко представляя творчество современных мастеров Крыма. За год здесь экспонируется до 30 выставок. Из прошлых лет вспоминаются экспозиции "Русская икона из собрания музея", "Репин и его ученики", "Крымский абстракционизм", "Киммерия-Таврида-Крым", "Искусство акварели"... У музея есть и свои оригинальные проекты: "камерные выставки в лекционном зале", "Дискуссионная выставка одной картины", и самый масштабный и перспективный проект в художественный жизни нашей республики Биеннале камерной акварели Крыма, первая выставка которой прошла в 1996 году.
Сегодня музей живет разнообразной и напряженной жизнью: планируются новые значительные выставки, перестраивается экспозиция, проводится эксперимент по привлечению в музей учащейся молодежи.
С 30 мая 1924 г. улица носит имя Карла Либкнехта.
к началу страницы

Бульвар Ленина
Долгие годы эта самая низменная часть города находилась вне его пределов и не застраивалась. Еще в середине XIX в. здесь охотились на уток. В 1844 г. "Нестор русских ботаников" X.X. Стевен в районе от улицы и до реки основал древесный питомник. Он лелеял надежду, что симферопольский питомник станет центром по распространению деревьев и кустарников на юге страны - подобно Никитскому саду. При этом он рассчитывал, что Никитский сад сосредоточится лишь на южных культурах.
В 1853 г. к питомнику был присоединен и "огород", и к 1858 г. фруктовый сад питомника насчитывал 10500 экземпляров плодовых деревьев, 500 экземпляров плодовых кустарников и около 32 тысяч декоративных деревьев и кустарников. Мечте Стевена не суждено было сбыться. В 1861 г. питомник со всеми прилегающими к нему землями был передан министерству государственных имуществ, затем духовному ведомству. В 1863-1866 гг. духовное ведомство построило и открыло здесь губернское женское епархиальное училище.
После ввода в строй железнодорожного полотна от ст. Лозовой до Симферополя, здесь, поблизости к станции, было возведено еще одно здание - почтовая конная станция и мальпост для перевозки пассажиров в Алушту и другие места Крыма. (В Ялту через Симферополь почти не ездили, так как ехать лучше было от Севастополя через Байдары: и ближе, и местность красивее, да и поезда с севера везли пассажиров до Севастополя).
Где-то в середине 70-х гг. XIX в., оказавшись на подъезде к городской черте, где сейчас "Дом в память 1905 года", известный писатель Е. Л. Марков в "Очерках Крыма" отмечал: "Не доезжая городской заставы, за решеткою только что разбитого садика, стоит большой и красивый дом, который я еще помню в развалинах (скорее всего, он подразумевает "развалины" в период строительства дома.) Этот дом теперь сосредоточивает в себе несколько разнородных учреждений, проникнутых потребностями и духом новой цивилизации. Один из крымских старожилов, доктор Арендт, устроил в особом отделении этого дома лечебницу сгущенным воздухом для грудных больных, приезжающих в Крым и при ней лечение кумысом. Главный же дом занят прекрасно устроенным "детским садом" г-жи Арендт. Сад этот уже состоит из четырех разных возрастов и подготовляет детей обоего пола в гимназию живым и развивающим путем наглядности, разнообразия, интереса. Заведение г-жи Арендт обильно снабжено самыми лучшими пособиями наглядного обучения, особенно же естественноисторическими коллекциями... При заведении находится сад и дворик с гимнастикою. Сад - тоже замечательность своего рода. Это первый местный опыт карликовых садов. 2000 французских груш и яблонь самых дорогих сортов воспитываются доктором Арендтом в форме урны, ростом не выше полутора аршин каждое. Саду всего пять лет, но уже на крошечных деревьях висят дюшесы, бери, кальвили и ранеты изумляющей величины и красоты".
Речь идет о Николае Андреевиче и Софье Андриановне Арендтах. Кем было построено это двухэтажное здание - отцом ли хозяина, А.Ф. Арендтом, отцом ли хозяйки, вице-губернатором А.А.Сонцевым - пока неясно. Семье Арендтов также принадлежали неподалеку, но в черте города, дома по нынешним ул. Либкнехта, 14 и К.Маркса, 25.
Первоначальное название улицы - Вокзальная (с 1904 р.). Это была самая грязная в городе улица: во-первых, в топком месте, во-вторых, сюда сваливали разный мусор и даже нечистоты в течение многих лет, в результате образовалось нечто вроде свалки, о чем свидетельствуют отчеты управы, например, за 1907 г.
Была создана специальная комиссия, которая, "осмотрев замощение проезжей части Вокзальной улицы, находящейся в далеко неудовлетворительном состоянии", вынесла вопрос на общее заседание управы и технико-строительной комиссии, которое "нашло необходимым немедленно произвести засыпку гравием обочин ее с исправлением профиля - для свободного стока воды". В 1911 г. дума приняла решение "в память 50-летия освобождения крестьян наименовать бульвар между Вокзальными улицами бульваром императора Александра II".
Благоустроить улицу удалось лишь в советское время. Новые "отцы города" также отлично понимали, что "театр начинается с вешалки", а эта улица - визитная карточка Симферополя. 30 мая 1924 г. бульвар был назван именем В. И. Ленина. Тогда же началось устройство зеленой зоны вокруг города. И началось оно с разбивки сквера на бульваре Ленина и парка в районе рабочего поселка по Севастопольскому шоссе (ныне парк им. Т. Г. Шевченко).
Прогулку по этим местам лучше начать по правой, нечетной стороне и обойти весь сквер с заходом на вокзал. Итак, о "загородной" даче Арендтов уже упоминалось.
Дом 5/7 - также упоминавшееся женское епархиальное училище. В годы революции и гражданской войны его учащихся "распустили" и использовали здание под госпитали. Сохранился, например, любопытный документ за 27 марта 1918 г. Цитируем: "Комиссар Симферопольского эвакопункта и военных госпиталей помещается в 180 полевом запасном госпитале по Вокзальной улице, дом 5/7, бывшее епархиальное училище, телефон 509".
Ныне это один из корпусов Крымского государственного медицинского университета им. С.И.Георгиевского - кузницы кадров медицинских работников, крупного научного центра. Основан весной 1931 г. на базе Крымского университета. Главный административно-учебный корпус построен в 1936 г.
Дом 9 принадлежал Ильину, видимо, одному из городских голов, дальше шло домовладение Демикели, скорей всего Виктора Ивановича, фабричного инспектора губернии. Впрочем, возможно и его брата купца 2-й гильдии Евгения. (Их отец Иван Осипович был купцом первой гильдии, имел 6 сыновей и 2 дочерей). Ближе к реке - "владение" Шишманов. Все эти лица заслуживают внимания, хотя и происходили "из социально чуждых слоев". В газете "Крым" за 21 мая 1899 г. появилась интересная статья о том, что "20 мая дачу надворного советника Льва Юстиновича Ильина, около симферопольского вокзала со всей находящейся в ней движимостью за 50 тысяч рублей... приобрел симферопольский купец Евстафий Павлович Попандопуло". И далее говорится, что 6 комнат нижнего этажа дома представляют настоящий музей, где имеются "редкости и древности индийские, китайские, японские, древнеегипетские, эпохи возрождения и новых времен, в том числе трость герцога Ришелье и много вещей, приобретенных от графа де Мезона. Знатоки говорят, что стоимость их превышает стоимость продажной цены. А кроме того, у дачи имеется 7,5 тысяч сажен земли".
Владельцы консервного завода братья Марк и Исаак Яковлевичи Шишманы создали акционерное общество, в которое вошли 11 акционеров, контора общества помещалась здесь, на границе с рекой. 6 апреля 1911 г. братья подали в управу заявление о разрешении строительства фабрики по Вокзальной улице". Управа разрешила, с оговоркой, чтобы не засорять Салгир. Тогда-то и появился план этой местности, где указаны вышеназванные имения.
Дом 11, где сейчас располагается линейный отдел милиции ст. Симферополь, - это и есть бывшая конная станция.
Привокзальная площадь - оживленное место. Мы уже упоминали в историческом очерке, что первый поезд (товарный) прибыл в наш город 2 июня 1874 г. Но участок дороги от Мелитополя продолжал строиться до 14 октября, а до Севастополя был закончен 5 января 1875 г.
Площадь была свидетельницей многих общественно-политических событий. В дни Московского вооруженного восстания в декабре 1905 г. на ст. Симферополь образовался забастовочный комитет, который организовал и провел забастовку железнодорожников, переросшую во всеобщую. Всего за 1905-1906 гг. трудящиеся города бастовали 16 раз, в этих событиях участвовало более 3500 рабочих, впереди которых шли железнодорожники, рабочие табачных фабрик и типографий.
31 июля 1914 г. на площади состоялось торжество по поводу пуска первого трамвая в городе. Он прошел до угла улицы Пушкина. Ликованию первых пассажиров не было предела. Все-таки новшество, да и для кармана легче: если проезд до вокзала из центра города на лошади стоил 40 коп. днем и 50 ночью, то трамвайный билет обходился в 10 копеек.
В вооруженной схватке за власть в январе 1918 г., положившей начало гражданской войне в Крыму, железнодорожники приняли сторону красных: красногвардейский отряд железнодорожников возглавил член Симферопольского ревкома П. Дзюбанов, а еще один железнодорожник В.Шаталов - такой же отряд рабочих аэропланосборочного завода Анатры.
В годы оккупации Крыма немецко-фашистскими войсками здесь активно действовала группа подпольщиков во главе с В.К. Ефремовым. Об этом говорит и барельеф, установленный на здании нового вокзала в 1972 г. На нем изображены портреты В.К.Ефремова и членов его группы А.А. Брайера, В.Э .Лавриненко, И.Г.Левицкого, Н.Я.Соколова, погибших в застенке гестапо.
Отступая, фашисты взорвали старое здание вокзала. На его месте, по проекту архитектора А.Н. Душкина, в 1950 г. построено новое здание, площадь значительно расширена за счет сноса обветшавших зданий, обрамлена новостройками жилых домов, троллейбусной и автобусной станциями, магазинами.
Из зданий нечетной стороны наибольший исторический интерес представляет тюремное заведение или как его до революции именовали - "тюремный замок". Тюрьма была построена вскоре после Крымской войны, и стала самой крупной и основательной в губернии. Уже в концу XIX в. она была переполнена. В отчете тюремного смотрителя за 1887 г. говорится, что при наличии 250 мест в ней содержится 284 арестанта. Вскоре их число перевалило за 330 человек. В годы гражданской войны число "посадочных мест" превысило санитарную норму вдвое. Но всех переплюнул "сталинский период": тогда и отчитываться за это перестали.
В этом "тюремном замке" сидели и некоторые известные революционеры, например, Павел Ефимович Дыбенко, арестованный осенью 1918 г. в Севастополе за подпольную деятельность, направленную против немецких оккупационных властей. Дыбенко описывал этот факт биографии так: "При моей попытке бежать из Севастопольской тюрьмы я был зверски избит верными опричниками генерала Сулькевича, закован в наручные и ножные кандалы и брошен в более надежную с суровым режимом Симферопольскую тюрьму... Камера - каменный мешок с крепкими железными засовами и недремлющим, вечно подстерегающим глазом волчка на массивной, окованной железом двери. Кругом мертвящая, жуткая тишина..."
В этот раз для Дыбенко все закончилось благополучно. Правительство большевиков, высоко ценившее его воинский талант, обменяло Дыбенко на пленных офицеров кайзеровской армии.
к началу страницы

Улица Горького
Как ни странно, этот центральный участок города довольно долго не застраивался. На первом генеральном плане Симферополя (1842) здесь видны многочисленные "пустопорожние" места. И тем не менее, уже в первой официальной росписи улиц города (1839) она названа Дворянской. Объясняется это тем, что на ней существовало небольшое здание, построенное под Дворянское депутатское собрание, а рядом с ним - 2 каретных сарая, один из которых в 1821 г. был приспособлен под дворянский театр. Сказывались и планы об использовании пустующих участков земли под дома дворян. И действительно, после Крымской войны они отдаются под застройку один за другим.
А сейчас - в путь. Дом 1. "Памятная книга Таврической губернии на 1916 г." указывает здесь два здания: угловое "Дворянская улица, собственный дом - Товарищество мануфактур "братьев Тарасовых", склады". А та часть здания, что идет по этой улице, именуется как "Русский для внешней торговли банк. Симферопольское отделение". Да и в планах города за 1910 и 1912 гг. этот филиал столичного банка указан здесь. (Банк этот был утвержден в 1871 г., имел 50 миллионов рублей основного и 16 млн. руб. запасного капитала).
В советское время во второй части здания работали: в январе - апреле 1918 г. "Советская улица, дом Тарасовых губернская продовольственная управа, телефоны 355, 463, 433" и "губернский комиссариат по продовольствию (комиссар А. В. Столяр)". Как эти старые и новые органы занимались одновременно одним делом - особый разговор, но можно представить. В апреле-июне 1919 г. здесь размещалась губернская ЧК - чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией, а с ноября 1920 г. - Крымсобес. К 200-летнему юбилею города здесь было открыто комплексное предприятие общественного питания: внизу "Бистро" и кафе "Десерт", вверху - ресторан "Астория". Сейчас профиль изменился - торгуют мебелью.
Дом 2. "Дворянская улица, дом Шишмана - комиссионная контора Л. К. Тосунова по продаже, купле и залогу имений, земли, дачи или дома", - так рекламирует его газета "Крымский вестник" за 25 июня 1902 г. Какого только Шишмана, мы так и не разобрались, т. к. было минимум три семьи в городе с этой фамилией. Да и номер дома мы определили методом исключения.
Дом 3. "Памятная книга...(1916)" приводит объявление: "Дворянская улица, дом армяно-католической церкви № 3, телефон 78 - комиссионная торговля Григория Григорьевича Деопика... Помещение капиталов под закладные. Залог недвижимых имуществ в земельном банке. Посредничество при покупке, продаже и аренде недвижимых имуществ". Не знаем, как молитва к богу сочеталась с такой торгашеской конторой, но как источник о том, что тут находилась армяно-католическая церковь, это объявление нас устроило. К тому же оно уточнило планы города с нанесением приблизительно тут церкви. Ныне на этом месте - цирк.
Дом 4 - это финансы и еще раз финансы: здание испокон веку занималось и занимается по этому назначению, менялись только вывески. Здесь еще 30 декабря 1870 г. было учреждено "Симферопольское ссудосберегательное товарищество", преобразованное в 1873 г. в "Симферопольское общество взаимного кредита".
В 1910 г. дума решила построить здесь солидное здание, для разработки плана которого пригласила уже известного по благоустройству Набережной в Ялте, автора Ливадийского дворца и многих дач толстосумов близ его, архитектора Николая Петровича Краснова. Учитывая то, что в Симферополе уже существуют многие предприятия, нуждающиеся в финансировании, Краснов решил построить весьма впечатляющее здание, чтобы платежеспособность его обитателей, их надежность были видны и в архитектуре. Вместе с тем, чтобы оно не выглядело легкомысленным. Он предложил выделить здание из соседних, отодвинув его вглубь от линии застройки, а по линии разместить четыре мощные греко-дорические колонны, несущие только декоративное значение. Здание получалось в формах эклектической архитектуры: крупные формы со своеобразным декором фасада, где полуциркульные окна ренессанса, балясины в форме романских колонн, византийские, восточные и другие рельефные орнаменты, объединены в одно целое. 22 апреля 1911 г. дума решила "согласиться с планом нового здания... и 4-х колонн с электрическими фонарями на расстоянии 7 аршин от фасадной линии".
В 1913 г. здание вошло в строй, о чем имеется и надпись на его фронтоне. В том же году Краснов за блестящие работы в Крыму был избран академиком Петербургской академии художеств, получил чин надворного советника.
Общество взаимного кредита переросло в государственный банк в первые годы советской власти. В январе-апреле 1918 г. в списках учреждений города указывается: "Советская улица, первое общество взаимного кредита, телефон 189, - губернский комиссариат финансов, телефон 89 - комиссариат финансов города Симферополя". Указаны и фамилии комиссаров: в губернском А. И. Коляденко, в городском П. С. Пузанов.
С 1992 г. этот банк преобразован в "Национальный банк Украины, Крымское республиканское управление". Здесь же осуществляла свои операции "Крымская дирекция республиканского акционерного коммерческого банка социального развития". (Сейчас она находится в отреставрированном новыми строительными материалами доме купца Панченко).
Дом 5 состоит из двух частей. Та, что идет в виде перевернутой буквы П вглубь двора, была построена в первые годы XX в. (лицевая ее часть с аркой и фойэ кинотеатра была достроена несколько позже - в 1915 г.). Здесь в 1904 г. предприниматель Леонид Леонидович Сухомлинов открыл первый в Крыму иллюзион, вскоре синематограф, потом кинотеатр "Баян". Реклама 1910 г.: "Симферополь, кинотеатр "Баян", в центре города. Зал на 800 человек, два фойэ. Центральное отопление, хорошая: вентиляция...". Реклама того же года о выступлении в электротеатре "Баян" русского композитора А. Т. Гречанинова. Рекламы о проведении митингов и встреч с министром иностранных дел Временного правительства П. Н. Милюковым, тоже с министром земледелия В. М. Черновым... Словом, это общественно-политическое учреждение, видевшее в своих стенах многих политических деятелей и представителей культуры России. А затем и советской власти (с 1920 г. до 1954 г. функционировал под названием вначале "Звезда революции", позже "Большевик", а после передачи Крыма в состав Украины - кинотеатр им. Т. Г. Шевченко).
В ноябре 1941 г., когда фашисты оккупировали полуостров, одна из зондеркоманд, занимавшихся "разбором" библиотек, несколько дней возила грузовиками во двор этого здания книги, навалом, будто мусор; разбирала их, нужные для фатерлянда паковала к отправке, остальные беспощадно жгла. Очевидцы рассказывали, что клубы густого черного дыма валили отсюда несколько дней.
Дом 7, на углу с ул. Пушкина - центральная аптека города. Рядом - Министерство социальной защиты Автономной Республики Крым, в том же доме - "Союз писателей". А на нем мемориальная доска, сообщающая, что его в с 1973 по 2001 гг. возглавлял основатель журнала "Брега Тавриды", почетный крымчанин Анатолий Иванович Домбровский (1934-2001г.).
Дом 8, а по ул.Пушкина, 10. На плане части города за 1804 г. здесь уже обозначено строение, которое сейчас, после перестроек, занимает типография (во дворе). Кем оно было построено - неизвестно, но в 70-х годах XIX в. принадлежало кому-то из большой семьи армянских купцов Топаловых. (Один из них к концу века был потомственным почетным гражданином). В 1910 г. Топалов продал строение купцу Иосифу Ивановичу Бреннеру. Судя по заявлению Бреннера в комиссию по обложению его контрибуцией в январе 1918 г., у него в тот момент был еще один дом - на Салгирной улице, который, по его словам, он купил лет 30 назад, а этот (нынешний дом 8) он построил рядом с домом, купленным у Топалова.
До революции 1917 г. в доме Бреннера располагалось Товарищество "Треугольник", компания "Зингер", сельскохозяйственное общество взаимного кредита. В верхних этажах, как и ныне, жилые квартиры. В период Крымской ССР (1919) - "Губвоенмор" - губернский комиссариат военно-морских дел. А также его "Мобилизационный отдел". С ноября 1920 г. - здесь Крымвоенкомат, с 1924 г. - центральная государственная сберкасса. Сейчас здесь и кафе "Париж", и "Таврическая книга", и "Гастроном"...
Одноэтажный, богато украшенный лепниной дом 9 был построен в начале XX века. В советский период здесь долго работали райком партии и райком комсомола. За этим зданием, в общем-то состоящем из двух корпусов, в глубине двора находится театр кукол. Основан театр был в 1944 г., и вначале находился в одном из снесенных зданий ул. К.Маркса, 22. Театр ставил сотни спектаклей для детей по русским народным сказкам и пьесам советских авторов. В нем плодотворно работал художник Михаил Михайлович Щеглов (1885-1955).
Дом 10 - бывшее Депутатское дворянское собрание. Первым документом, касающимся этого объекта, является отношение городской думы губернскому землемеру М.А.Мухину от 30 мая 1810 г. "По предложению губернатора, - говорилось в нем, - предлагается "отвесть здешнему городничему господину надворному советнику Косанчичу из городовой земли просимые им места под домовое застроение". Сказано - сделано. 9 июня землемер сообщил думе, что "земля под номерами 49 и 50 отведена... в ширину 29 сажен, в длину 79 сажен".
15 мая предводитель дворянства Таврической губернии подполковник А. С. Таранов-Белозеров в отношении на имя губернатора сообщал, что "для постройки предполагаемого здешним благородным дворянством Дворянского дома назначено пустопорожнее место, лежащее между домами со стороны одной казенным, полицией и магистратом занимаемым, а с другой Статского Советника и Кавалера Нотары наследников", но формально оно еще не было отведено. Предводитель просил: кому следует - предписать об этом. Место было закреплено за просителями. Тут были построены одноэтажные здания: для собраний дворянства, а также два каменных сарая для лошадей и карет.
Интересное свидетельство об этом дворе, частично располагавшемся на купленной у Косанчича земле, оставил известнейший в те годы путешественник и литератор Ф.Ф. Вигель, посетивший город в октябре 1827 г. Он отмечал: "Еще 13-го, прогуливаясь вечером, зашел я на принадлежащий Дворянскому собранию преобширный двор, на котором какой-то приезжий эквилибрист увеселял и удивлял публику, состоящую по большей части из простонародья, своими прыжками по натянутой проволоке. Я сидел в одном сюртуке, и мне было почти жарко..."
В 1838 г. по решению Дворянского собрания губернская строительная комиссия начала переписку с хозяйственным департаментом МВД о постройке "приличного дома для дворянских съездов". Когда в 1842 г. разрабатывался первый генеральный план Симферополя, был разработан в цвете и утвержден вместе с ним у царя и план нового здания Депутатского дворянского собрания. Предполагалось построить весьма эффектное здание: в основном двухэтажном корпусе 8 окон, двери посередине, 6 выступающих колонн дорического ордера. По бокам два одноэтажных флигеля...
По разным причинам дело затянулось, из-за недостатка средств гражданский архитектор Константин Иванович Гоняев в конце октября 1844 г. разработал новый план дома, который был утвержден ц